– Ну да, говорящий, – спокойно подтвердил я то, в чём уже успели все убедиться.

– «Ну да, говорящий», – слегка передразнил меня Сирано.

– Ага, – тут же подтвердил Бармаклей, – Подумаешь, мелочь какая…

– Ну да, ну да… – подхватывает и Грум Бараш, – Ерунда обычная, ничего удивительного…

– Да в чём дело-то? – я совсем не понимаю этой их театральной сценки, но сарказм выделить в их интонациях особого труда не составляет.

– Да он вообще не въезжает, – Сирано указывает на меня ладонью, как на какой-то экспонат, – Полюбуйтесь товарищи, перед вами ярчайший представитель класса Нубиус вульгарис, так сказать нуб обыкновенный.

Лёгкие улыбки на лицах Бармаклея и Грум Бараша показывают, что шутка зашла и снисходительно принята. Меня же несколько покоробило, нет, я понимаю, что не знаю очень многого об игре, но ведь можно объяснить, рассказать, а не обзываться и ехидничать, строя из себя великих экспертов.

– Ладно, ладно! Не сверкай глазами, о наш грозный предводитель, – Сирано поднимает руки ладонями вперёд, – Позволь твоему скромному подчинённому, – он снял шляпу, – поведать тебе о твоём звере, – не дождавшись никакой реакции со стороны окружающих, Сирано водрузил свою шляпу обратно и слегка надувшись, заметил, – Скучные вы все. Ладно объясню покороче. Видишь ли какое дело. Не так много в игре говорящих питомцев. И стоят они бешенных денег, а таких, что могли бы говорить не только с хозяином, но и с другими игроками или неписями, – вообще нет. Во всяком случае, никто про таких пока не слышал и не видел. И вот ты являешься с таким питомцем к нам и ведёшь себя, как ни в чём не бывало, словно всё так и должно быть.

– Сирано, ты не прав, говорящие петы есть. Те же попугаи.

– Ой, да не смеши мои ботфорты! Какие из них петы? Никаких бонусов для хозяина, никакой пользы, а весь набор их фраз ограничивается величиной кошелька их владельца, а фразы генерируются рандомом. А вот действительно говорящих петов, разговаривающих с окружающими пока нигде не было. Ведь это же по сути полноценный непись, поступивший в распоряжение к игроку в качестве питомца.

– Филя не питомец, Филя – друг.

– Едрёна кочерыжка! – резко воскликнул Грум Бараш, – Да хоть параллелепипедом его назови, по сути, он – пет, и пет – говорящий, а это значит, что уникальный. А знаешь сколько за уникального пета можно денег срубить? Это же просто неприличная сумма может быть. Я даже такие суммы вслух не решаюсь произносить. Мы можем его продать идо конца дней обеспечить себя безбедным существованием.

– Грум, не борзей! – оборвал соклановца Бармаклей, – Во-первых, пет не наш, а Лесовика, кроме того, такой пет может приносить прибыль не только с продажи, но и одним своим наличием у игрока нашего клана. Во-вторых, самим его существованием заинтересуются многие из кланов, и могут заслать к нам своих шпионов или попытаться сделать нашу жизнь не сильно радужной, чтобы мы сами отдали пета. Но это дело далёкой перспективы, и то, если Филя не будет держать язык за зубами, а судя по его молчанию почти на протяжении всего разговора, делать это он явно умеет, – цербер важно кивнул всеми тремя головами, и Бармаклей продолжил, – Потому он постарается на людях не болтать и даже не материться, если ему на лапу наступят, зато таких наглецов можно сразу за всякие нежные филейные части кусать, – набежавшая было тень на морды Фили тут же испарилась, а морды ощерились радостным оскалом. Впечатление было несколько пугающим, даже я невольно поёжился, на друзей же эти улыбки произвели ещё большее впечатление, – Но ведь и это не всё. Я слышал про церберов в качестве петов, но никогда не видел. А это, как ни крути, – уже показатель! Ну а про говорящих церберов я вообще помалкиваю. Ибо про них все помалкивают: либо скрывают, либо ничего не слышали. Что приводит нас к вполне очевидному выводу об уникальности твоего пета.