Первое, где я допустил ошибку — посчитал, что пережил проклятье. Это не так. Даже сам Гнев мне говорил, что он не воскрешает, а просто не даёт умереть. А это значит, что проклятье не свершилось, и оно продолжит меня сжигать, ибо я ещё не умер.

Боль стала ещё сильнее, мясо отваливалось само по себе, а из трещин на теле вырвался золотой, смешанный с кипящей кровью жар. Всё стало лишь хуже.

Примерно то же я чувствовал во время пыток Атараксиса. Именно такая боль заставляла меня предать всех, кем я дорожил.

И вот, я снова испытываю то же самое.

— Валир…

Арианна тяжело дышала, в голосе слышался плачь, а быстрые шажки давали понять, что она уже бежит ко мне на помощь. Я уверен, что сейчас она в ужасе, ибо прямо на глазах умирает дорогой ей человек, и она даже не представляет как ему помочь. Я уверен, что сейчас она в чуть менее ужасном состоянии чем я.

Вторая ошибка, которую я допустил — посчитал, что раз Король мёртв, значит цели вендетты не существует. Нет, это тоже не так. Проклятье наложил Король Света, а король — титул. И сейчас его носит Арианна.

У меня была цель вендетты.

«Нет…», — я даже на секунду вернул самообладание и со всех сил попытался отойти от неё подальше, — «Нет… нет-нет-нет-нет! НЕТ!»

Несмотря на боль, на нестерпимую агонию, я прекрасно осознавал своё положение.

Чтобы выжить, чтобы не провалить весь свой план, не подвести Артура, не подвести всё человечество, ради которого я страдал на протяжении столетий, я должен убить Арианну.

Она — цель вендетты. Непись, которого я так хотел спасти, теперь должен умереть во имя будущего всего мира.

Валир — 40

Валир — 40

Пятьдесят секунд для вендетты

Если умру — всё будет кончено. И чтобы не умереть — я должен убить Арианну. Спастись от вендетты.

Я должен.