Тварь так и снизошла до ответа. Поднявшись на ноги, она словно позабыв о Святейшем, подошло к тому самому месту, где пали марионетки. Только сейчас я понял, что их тела не развеялись бесследно, оставив после себя…костяки, которые уже начали обрастать плотью. Почуяв хозяина, куклы потянули к нему дрожащие руки с кусками гниющей плоти. Даже сейчас они были готовы служить, вот только кукловод думал иначе. Склонившись над остатками одного из тел, он вонзил когти в череп прислужницы и вырвал сияющий тьмой глаз, после чего марионетка, словно лишившись остатков сил, тут же затихла и больше не подавала признаков жизни, а…трофей перекочевал в глазницу самого кукловода. Подобное повторилось ещё дважды – тварь обрела глаза, заплатив за них жизнью приспешниц, словно те были расходной монетой.

Подойдя к сфере, выставил перед собой обрубок, с которого лишь сейчас хлынула кровь. Густая, с чёрным отливом, она лилась на землю и, повинуясь воле монстра, выстраивалась в сложнейший узор, взявший в кольцо Святейшего.

Едва с обрубка сорвалась последняя капля и стала частью узора, как тот тускло затлел, начав притягивать к себе всю пролитую на площади кровь, а такой было немало. Отчаянный вопль полусотни людей напомнил мне о том, что вокруг не кино или страшная история, а реальность, частью которой я и являюсь.

Кричали те выжившие горожане, так и не покинувшие площадь. Люди и нелюди падали на колени, хватаясь за лица, словно это могло остановить хлынувшую из глаз, носа, ушей и рта кровь. Но это было лишь началом, волшбе Кукловода было плевать, что столь желанная кровь всё ещё является частью чьей-то плоти – людей медленно тащило по мостовой. Те, кто пытался сопротивляться, начинали истекать кровью сильнее прежнего и довольно быстро теряли силы и уже безвольными тушами волоклись к рисунку, где их окончательно высушивало.

Даже пожрав всех, ритуальный круг не обрёл достаточную силу, чтобы сломить сферу. Словно живая тварь, он тянулся к хозяину, прося о новой жертве и та не заставила себя ждать. Когда я услышал сдавленные стоны, внутри меня всё оборвалось.

На площадь вышел смазанный силуэт, точная копия Кукловода до того, как он изменился и в его лапах была Сурия…то, что от неё осталось. Обглоданный кусок тела, лишённый конечностей – именно в таком виде она приползла в ту роковую ночь. Тень – та, над кем Сурия должна была иметь полную власть, сделала из неё беспомощный кусок мяса, который бросили к ногам хозяина, но та, не долетев до земли, замерла в воздухе, в то время как размытый силуэт вновь стал частью твари. Словно разорванная на части кукла, подвешенная на нитки, она продолжала истекать кровью, жадно пожираемой узором на земле.