Какой–то он резвый для старика. Хитрожопые разработчики, показывают немощного кобольда, а в итоге он тебя запинывает похлеще гопников в подворотне. Даже не знаю, что хуже, то, что тебя бьет старик с крысиной мордой и акцентом гасторбайтера, или же, что он при этом смеется самым противным смехом, что я слышал.
Лежачих не бьют! — кричу я и рывком поднимаюсь на ноги. Но старик тут же оплетает мне ногу своим крысиным хвостом, и я снова падаю на задницу, отбивая копчик и теряя при этом еще 10 единиц жизни. Вот тебе и маг, в ближнем бою даст прикурить любому воину его уровня. Надо сваливать, а то такими темпами снова отправлюсь на перерождение.
Наложив Гнев земли, начинаю отползать. Почувствовав, как что–то капнуло мне на голову, я поднял взгляд вверх. Надо мной висел тот самый цветок, с бутона которого срывалась очередная капля сока. Повинуясь какому–то внутреннему ощущению, я открыл рот и поймал каплю на язык. Вкус коктейля из свежевыжатых фруктов.
Рексар снова телепортировался и встал прямо надо мной, занеся трость для удара. Понимая, что не успеваю отпрыгнуть, я уже сжался в предвкушении оплеухи, когда увидел, что Мандрагора выхватила трость старика и смачно впечатала ему по затылку, просадив шкалу здоровья процентов на десять. Он завис, покачиваясь словно в трансе.
Значит вот как его надо валить! Старик очухался, подпрыгнул, ловко выхватив свою трость. Дальнейшая картина боя была понятна. Старый кобольд явно страдал альцеймером, ведь попадался на одну и ту же уловку раз за разом. Я выманивал Рексара в центр пещеры, где его оглушала Мандрагора, затем бил его всем, чем мог, и отлечивался сам. Когда через 10 минут вылезло заветное: «Вы получили опыт!», несмотря на усталость, мне захотелось подпрыгнуть от радости.