Два из шести контрибуционных миллионов дамы, несмотря на мои препирания, всучили мне. Тогда в знак благодарности я пожелал безвозмездно истратить всю свою Доблесть на заточку пушек лучшим паладиншам. Безвозмездно не получилось — осчастливленные леди-кошки умоляли разрешить им пополнить за это мой счет еще хотя бы на три миллиона! И возражения на тему «Да вы что, девчонки? Мы же теперь свои! Вы и так уже зацеловали меня до полусмерти! Не надо мне больше ничего!» не принимались. Настя прекратила этот спор, проявив женскую солидарность и приведя убийственные аргументы: «Ты хоть знаешь, сколько такая услуга стоит на рынке? Бери, что дают от чистого сердца! А еще вякнешь, удвою сумму!» Пришлось уступить. Тем более она теперь моя начальница.
Сестренки разлетелись, а я все очумело стоял на пороге ратуши.
С ума сойти. Десять лимонов в клане, двенадцать на руках, да к тому же все, что вывалилось из Каргонариуса (за исключением презентованной сережки), по самым скромным прикидкам, еще на восемьдесят желтокорых цитрусов потянет! Как там говорится: «Знал бы прикуп — жил бы в Сочи?»
Мог ли я предполагать неполную неделю назад, что стану трехзначным мультимиллионером? Нет, конечно. Иначе согласился бы на условия Коллекционера без тестового прогона и уже бы победил! «Эх, если бы да кабы во рту выросли грибы — тогда был бы не рот, а целый огород!» — утверждает другая, еще более древняя пословица, частенько всплывающая в моей памяти в последнее время.
Процент вероятности того, что мне или кому-либо спустя даже не шесть дней, а шесть месяцев с момента рождения чара вырастить свое состояние до ста миллионов, микроскопически мал. Более того, я сильно сомневаюсь, что столь феноменальное стечение обстоятельств вообще возможно повторить. Уверен, что на все произошедшее, помимо невероятно благоприятного совпадения многих факторов, повлиял некий коэффициент счастливого случая, который порядочно завысили в ознакомительной экскурсии с целью усыпить мою бдительность и который моментально приравняют к нулю, как только подпишу контракт.