— Мне нравятся все этапы. Особенно сейчас, когда есть удобная студия, и я навострился пользоваться собственными чарами. Но преобразование идеи в материальный результат — лучше всего. Разве ты не ощущаешь то же самое? — Аск махнул рукой, недоговаривая.

Недосказанность была очевидна. Он имел ввиду то, что я воплощала в мире грез, а после — в реальности.

— Наверное. Никогда об этом не задумывалась, — склонила я голову. — Да. Точно очень нравится. Так увлекаюсь, когда создаю что-то красивое и интересное. Вспомни тот случай с бриллиантами.

— Такое забудешь, — хохотнул парень. И вдруг резко помрачнел.

— Что такое? — нахмурилась я.

— Кое-что вспомнил. Не бери в голову.

— Хорошо.

*

Ничего хорошего.

До самой ночи он ходил все такой же мрачный. Еще и в постели фонил негативом, каким-то странным клубком из эмоций.

Меня это настолько беспокоило, что спросила напрямую:

— Что случилось? И что я не должна брать в голову? Ты на меня за что-то обижаешься, но не хочешь скандала?

Аск молчал несколько минут, но все же выдал:

— Ты вчера наорала на меня после телепортации.

— Прошу прощения. На самом деле я рассердилась не из-за водной прогулки, а потому что ты утащил меня. Там были родители, и, похоже, тетя Тори. Это была отличная возможность встретиться.

— Мы были в драбадан. Как по-твоему мы выглядели со стороны?

— Да это же Купала. Все отдыхающие в драбадан. Особенно на рассвете. Кто в то время не бухал, тот уже спал под лавкой.

— Я не хотел, чтобы тебя видели в таком состоянии.

— Боишься, что право на опеку отберут?

— Да, — соврал он, не моргнув и глазом.