— Родители тебе не звонили? — поинтересовался он, пока я наворачивала круги по поляне, избегая глубоких крабовых нор.

— Только с тетей Тори иногда переписываемся. Кстати, я пару декад как убрала их из черного списка, но о вызовах или сообщениях не слышала.

— Они не знают, поэтому не звонят.

— А как узнать? — подняла я бутылку. — Правильно. Позвонить, — и пригубила. — Но они, что очевидно, этого не сделали. Мне все равно, насколько эгоистично с моей стороны такое поведение.

Холодное темное пиво больше не лезло. Вяленый кальмар оказался слишком сытной закуской.

— Срань, — досадливо поморщился парень и жалобно покосился на меня.

Явно что-то удумал.

— Что такое?

— Это будет наглостью с моей стороны, — пробормотал он. — Ты же меня любишь?

Я резко остановилась и вперила в него пристальный взгляд:

— Надеюсь, ты не попросишь снова пойти с ними на контакт.

— Не с ними, — брат подошел ко мне со все тем же щенячьим выражением на лице. — Не могла бы ты навестить моего папу? Я так хочу с ним увидеться. А сейчас как раз есть отличная возможность в отсутствии вездесущей слежки. Назначишь встречу? Пожалуйста.

— А. Да не вопрос.

— Что, правда? Это не нагло после того, что я сделал?

— Подержи мое пиво, — протянула я бутылку.

Аск подхватил запотевший напиток. Тогда как я плюхнулась на соседний шезлонг и плавно погрузилась в медитацию.

*

Совсем запамятовала!

На родине было только раннее утро. В половине седьмого я могла и не застать дядю Кирша.

Но мне повезло.