Про девушку с ником "Моргана" не слышать было невозможно в принципе — с первого же дня в Эпосе, с самого релиза, она удерживала рекорд по киллрейту (и сейчас, вроде бы, тоже), регулярно побеждала на всевозможных чемпионатах и турнирах и считалась сильнейшим боевиком из существующих. Не говоря уже о том, что основала один из сильнейших кланов, тоже боевых, который чаще всего выступал в роли наемников в разных конфликтах..

Да и Бесогон тоже был известной личностью — одним из сильнейших прокастеров Эпоса и лучшим рейд лидером Защиты. У него, по-моему, была редкая раса Падшего Ангела, которую игроки практически не берут из-за неподъемных штрафов и условий.

Антон кивнул, не выказав удивления. Продолжил:

— Не понимаю, как ты умудрился не увидеть рейтинг, вернувшись в игру… но не суть. А про Барона или, скажем, Урсу лет пять назад ты знал?

— Конечно… — кажется, я начал понимать, к чему он ведет. — Первый из них это кланлид Нокдауна, второй — Защиты Древних… оба тоже в топе. Были, во всяком случае.

— Ага, и сейчас есть. Я уверен, что тебе знакомы ники и других из сегодняшнего списка хаев — ребят типа Виида, Хоткота или Парциваля.

Я машинально кивнул. Хотел бы прямо сейчас открыть рейтинг, но увы — функционал Бронзы не позволяет. А ведь на бете можно было…

— Так уж вышло, что абсолютное большинство игроков, которые удерживают топ по уровням в данный момент, уже давно стали легендами Эпоса, и в списке с самого начала. Даже Хардскил, — Моветон поморщился, — пусть и вошел в топ-сто гораздо позже, всего два года назад, успел прославиться задолго до этого.

— Ну, допустим. Ты хочешь сказать, что об этой Некроне никто не слышал, перед тем как она появилась в списке? Типа она скрывалась все эти годы? Готовилась?

Моветон улыбнулся:

— Да, что-то вроде этого, никто не слышал про нее ничего до того момента, как она начала качаться, как машина, обгоняя в списке по несколько топов за день. Но суть даже не в этом. Понимаешь, дело в том, что игрок Некрона, кто бы не скрывался за этой смазливой мордашкой, создала свою учетную запись всего год назад.

Что?

Я застыл посреди улицы.

— Ты хочешь сказать, что она прокачалась до четыреста какого-то уровня за год?

— Меньше. Ее ник висит на первой строчке последние пять месяцев, так что…

— Но… как?!

— Вот-вот.

Мы снова продолжили путь к щитобойцу, но я еле-еле плелся за товарищем, пытаясь переварить невозможное. Такое, на фоне которого наши наполеоновские планы прокачаться на тридцать уровней за две недели казались чем-то незначительным.

Ведь время и труд, которые необходимо затратить на каждый уровень, растут экспоненциально. Скажем, если первый можно поднять за минуту, прибив крысу в канализации, то десятый уже потребует полусотни крыс. А сотый — тысячи. А четырехсотый…