Беловолосая повернулась, тихо выругавшись себе под нос. Крис уже опустошила бутылку, прислонившись лицом к стойке. Она что-то мурчала себе под нос, вынося совершённые тяжбы во время пути в алкоголь. Её выражение лица было умиротворённым, утопая в собственных мечтах о тёплой постели.

— Хорошо, думаю, что мы попробуем это сделать завтра. Не могли бы… вы позаботится не только о нашей комнате, но и о хорошем сопровождающем? — спросила девушка, показывая мужчине серебряную монету. — Заплачу ещё одну такую, если меня всё устроит.

— Ох, добрая и богатая госпожа! — закричал шёпотом трактирщик, жадно оглянувшись на спящих пьяниц за столами. — Будете сегодня спать в самой лучшей из комнат, что у меня есть. Моя жена принесёт вам воды для мытья, а дочь может постирать одежду.

— Не откажусь от подобного. — улыбнулась на это Сильвия, сама предвкушая тёплую постель после нескольких дней переходов. — Тогда помогите довести мою… спутницу.

Вдвоём они взвалили на свои плечи почти сопящую Крис, поднимая её на следующий этаж здания, где было несколько небольших комнатушек с минимальным удобством. В их комнате находилась одна кровать, криво собранный шкаф и парочка вбитых в стену полок, на которых давно пауки свили целые залежи паутины. Сильвия посмотрела на это скептичным взглядом, но не стала никак комментировать. Тем более, что вскоре им принесли вкусный ужин, ещё одну бутылку, которую открыла уже беловолосая и целую бадью с горячей водой.

Первым делом девушка занялась своей подругой, грубо окатывая её голову водой, смотря как она стекает по красным мокрым волосам и дальше на одежду. Это оказало пробуждающий эффект, после которого Крис запищала, широко открывая глаза.

— А… что?! — вырвалось у неё, после чего бывшая бармен вскрикнула уже от подзатыльника.

— Кто тебе разрешил напиваться, дура? — прорычала Сильвия. — Могли бы сегодня всё закончить, а завтра уже отправиться назад. Теперь целый день пропускаем.

— П-прости… просто бутылочка вкусная… а там… это… — лепетала Крис заплетающимся языком. — Прости… прости… только не бей.

— Чёрт с тобой. — плюнула на съёжившуюся спутницу бывшая служанка. — Раздевайся давай.

Та послушно последовала приказу, позволяя подруге себя вымыть, а затем уложить в постель спать. Сильвия же после этого передала дочери трактирщика часть их грязной одежды, укладываясь рядом. Её голубые глаза бездумно смотрели в потолок, а мысли гуляли где-то далеко. Она мечтательно вернулась к образу Олганара, который после признания стал для неё намного ближе. Хоть ей и трудно было это воспринимать, учитывая внешность Аллана Сельва, но она старательно прогоняла у себя в голове установки, что это новая личность.