Камень — ножницы — бумага.

Старый и международный способ определить того, кто будет первым рисковать жизнью. И так получилось, что два камня в дребезги разнесли одинокие ножницы.

Виктор очень сильно расстроился, что вылетел во время первого раунда.

Сергей же радостно заржал, показал тому фигу и вместе с Диком подошел ко мне. Глаза бывшего мажора лихорадочно блестели — выдавая скопившиеся возбуждение и напряжение. Настенька, свесив голову с моего плеча, крикнула ему что-то одобрительное. Я же просто хлопнул его по плечу.

— Заходите, оглядываетесь и подаете сигнал, что там дальше свободно. Тогда мы идем за вами. Если там дрыхнет дракон — тихо сматываете удочки обратно и на выход. Рисковать собой запрещаю — всё ясно?

— Яснее не бывает, — улыбнулся Дик.

— Я не сибиряк, но мороза не боюсь, — сказал Сергей.

— Сибиряки тепло одеваются. — отрезал я. — Виктор — приготовь веревку. Привяжем её к Дику — он более ответственный.

Идея заключалась в том, если через эту лужу будет невозможно говорить и даже наш чат будет недоступен, то чтобы парни рывками веревки давали бы нам понять, что у них всё в порядке.

Один — тревога. Два — можно идти.

И два моих сокомандников скрылись в ярком свете прохода — только круги, как от брошенного камня, пробежали по гладкой поверхности. Веревка потянулась следом. Я проводил её взглядом — словно ожидая что сейчас произойдет что-то страшное и непоправимое.

Однако всё было спокойно — рядом со мной осталась Ника, которая поглаживала Настеньку по голове, а та лишь ревниво шипела в ответ. Виктор и Марьяна отправились дальше охранять наш периметр.

Слишком уж вокруг было тихо.

Ожидание — самая худшая пытка. Я потихоньку стравливал веревку и отсчитывал секунды. Вот сколько можно пройти внутри этого прохода за это время? Куда они там задумали повернуть?

Внезапно веревка очень плавно натянулась. А затем последовало два ощутимых рывка. Я отпустил её и чрез мгновение конец скрылся в лужице перехода.

— Смотри! — тут же воскликнула Ника.

— Зови остальных.

* * *

Вопреки ожиданиям — за проходом нас встретил не морозильник. Не то, что я боялся замерзнуть или окоченеть — просто не любил зиму. У неё был ровно один плюс — отсутствие комаров.

Сама лужа перехода обжигала холодом, но вот внутри было тепло. Я даже сказал душновато и не помешало бы открыть форточку — чтобы проветрить.