Я принялся жевать кашу и поглядывал на стрелку компаса. Она все ещё указывала на путь вниз. Интересно — это сколько ступенек придется преодолеть, прежде чем мы выйдем на нашу цель. Программист в данном случае был довольно скуп на слова и расплывчат в описаниях.

— А как вы думаете — тут кто-то живет? — Ника без аппетита ковырялась в тарелке.

— Конечно, — тут же откликнулся Виктор. — Тут обитают дикари и каннибалы. На завтрак предпочитают исключительно блондинок. Желательно с большой грудью — это их любимый деликатес.

Дик и Сергей засмеялись.

— Да ну тебя, дурака, — обиделась Ника. — Я же серьезно.

— А ты чего переживаешь? Среди таких дикарей обязательно найдется умный и благородный, который даже зубы умеет чистить. — продолжал Виктор. — Он спасет тебя с обеденного стола вождя, и вы с ним обязательно сбежите. Чтобы переспать где-нибудь в этих комнатах.

Теперь к смеху присоединилась Марьяна. А Ника, разобидевшись окончательно, прицельно метнула деревянную ложку прямо в лоб насмешнику. Тот громко застонал и начал картинно потирать ушиб.

— Думаю, что тут жили. Давно, — сказал я. — Это был какой-то из уровней Древа. Только если нас забросило на ветви, то тут людям приходилось выживать внутри. Даже не представляю — как они могли тут это делать? Более тоскливого места в жизни своей не видел.

— А потом все умерли?

— Думаю, что да. Тут, скорее всего, случилось тоже самое, что сейчас происходит у нас. Система вышла из строя — и вот он результат.

— Печально, — сказал Дик.

— Это страшно, — тихо сказала Марьяна. — Вы представляете, что тут могло твориться?

Я не мог не согласиться с девушкой. Это было бы действительно страшно — умирать запертым непонятно где и когда все вокруг тебя буквально рушиться на глазах. А самое главное без возможности выбраться отсюда.

На мгновение я представил, что это мне надо было тут выживать. Бегать по коридорам, потрошить ящики, искать спокойную комнату. А в это момент за мной кто-то охотится, догоняет и убивает.

Меня даже передернуло от таких образов.

— Ладно, — сказал я, отставляя недоеденную кашу. — Поднимаемся и идём. И кто-нибудь толкните Настеньку — она своим храпом точно привлечет неприятности.

Через очередные десять часов с нас списали еще один уровень. Но это уже воспринималось проще и, я бы даже сказал, привычнее. Мы продолжали спуск по лестнице. Долгий, монотонный, муторный. Оказывается, что можно устать и от движения вниз.

Хорошо было только Настеньке. Она удобно устроилась у меня на спине и спокойно спала — пока хозяин её перемещал. Вот теперь уже из принципа — буду на ней летать, когда она подрастет. Это дело чести.