— Вы не знаете? — мертвец остановился, опять к ним развернувшись. — Что ж, не думаю, что теперь это тайна. Что вообще вам известно?
— Что несколько сотен лет назад по вине одной сильной волшебницы, которую звали Силлейн, произошла трагедия, из-за которой появилась неизвестная ранее болезнь, превратившая всех в нежить. — протараторил Ник, вызывал удивлённый взгляд Эллайны, которая этого не знала. Он бросил на неё успокаивающий взгляд, мол, потом расскажу.
— В целом это верные слова. — кивнул рыцарь, задумчиво прикрывая пылающие алым глаза. — Несколько сотен лет говоришь… Да, прошло уже много времени с тех пор… Как только Силлейн начала свой конфликт с господином Проповедником, он написал мне письмо с просьбой о помощи. Среди нас были братья, способные сражаться с сильными магами, но никто не ожидал… что про приходу в Редфолл нас встретит настолько жуткая и погрязшая в грехах некромант. Из всего отряда на пару сотен человек выжил лишь я один… хотя слово жизнь тут подходит очень… плохо. — нежить грустно усмехнулась.
— Но почему… — Ник осёкся, понимая, что вопрос может быть слишком неудобным, но рыцарь понял его с первых слов.
— Почему я сейчас понимаю себя и не превратился в безмозглую всепожирающую силу? Моя вера в Святого Августа крепка как никогда. Не зря меня величали в своё время карающий молотом справедливости! — гордо ответил рыцарь, демонстрируя свой плащ. — Когда эта жуткая болезнь начала пожирать одного воина за другим, я смиренно стоял на коленях в своей келье, истово молясь. Даже в ту секунду, когда моя плоть гнила, я не сдавался, веря в то, что мой дух сильнее злой воли Силлейн… И да, когда надежды почти не осталось, первый император меня не оставил! Он даровал мне великую миссию: карать то зло, что было ею порождено.
— Господин рыцарь, а вы не хотели бы присоединиться к нам? Ваши силы могли бы помочь защитить будущих жителей! — осторожно начала Эллайна, продолжая держать в своих ладонях его руку.
— Эллайна, ты… — начал было напуганный парень, но рыцарь не стал злиться на это резкое предложение.
— Юная воительница, к моему сожалению, я не могу покинуть эти каменные стены церкви. Стоит мне только ступить на лестницу, как разум покидает моё тело, от чего я просыпаюсь где-то в глубине этого лабиринта. — из нежити вырвался тяжёлый вздох. — Испытание, которое наложил на меня великий Август, пока остаётся для меня непостижимым.