* Штиль! Ветер молчит! *

Испугавшись неожиданно проснувшегося мобильника, я глянул на экран и ответил:

— Руслан Васильевич, добрый день! Менеджер отдела кадров, Надежда! Вам удобно сейчас разговаривать? — Не дожидаясь моего «алло» затараторила приятным, пусть и слегка писклявым и надрывающимся голосом, девушка.

— Конечно, здравствуйте, Надежда!

— Вы записаны к нам на собеседование на 8:30. Всё в силе? Вас ожидать?

Неужели к ним такая большая очередь, что они уже готовы меня сдвинуть?

— Само собой, я уже подхожу, буквальною стою на КПП! Ждите, скоро буду!

— Хорошо, как поднимитесь на второй этаж, ищите офис номер 13, мы вас ждём. — Менеджер Надежда, на автопилоте, игнорируя мой ответ, слегка переставая тараторить, ответила мне в вежливой манере и положила трубку. От такого финта мне хотелось шлёпнуть крышкой своего телефона, как заправская стерва, но времена раскладушек давно прошли, а обычный, кирпичного вида смартфон, такого не выдержал бы. Да и жалко его, кредит-то ещё платить.

Переместившись чуть правее ворот, я зашёл в небольшое помещение, больше похожее на квадратную трубу, которое и служило тут тем самым КПП. Проходя место с металлодетектором и грустным сторожем за стеклом, по традиции пялящимся в телевизор, а не в мониторы с камерами, я не мог выгнать, так внезапно поселившуюся и окрепшую в голове мысль, что в такое дурацкое утро мне ещё и знамений в виде цифры тринадцать в номере офиса не хватало. Вот тебе и огрехи воспитания одними женщинами. Всякого рода примет нахватался вдоволь и теперь живёшь с этим суеверным альтер-эго всю жизнь.

Выйдя из короткого коридора, именуемого «Контрольно-Пропускной Пункт», я направился прямо к серо-зелёному (привет совок) обшарпанному бетонному зданию с одним подъездом, обозначенным скромной в размерах табличкой с огромной надписью «Подъезд 1. Офисы 1 — 25. Вход ТОЛЬКО по паспорту».

Хмыкнув, я достал документ из широких штанин, чтобы долго не объяснятся на ресепшене, что я в самом деле самый, что ни на есть, взаправдашний гражданин. Правда вот сам «ресепшн» из себя представлял старенький ветхий стол, с рядом стоящим таким же дряхлым стулом, на котором восседала величавая, с лицом истинного воина и борца с зайцами и террористами, бабушка-вахтёрша. Хотя, назови я её бабушкой в слух, скорее всего получил бы по рогам.

Если прожигающий все внутренности насквозь взгляд назвать делом житейским, а не приключением, то на второй этаж я добрался без этих самых приключений. Третья дверь слева оказалась настолько чёрной, что позолоченная, пусть слегка затёртая, цифра «13» на ней выглядела как цепь на каком-нибудь афроамериканском (толерантность всё-таки) рэп-исполнителе. А самое интересное, что и на первом этаже, что и на всём втором этаже остальные двери были ТОЛЬКО коричневые, крашенные и лакированные под настоящее дерево. Что-то у меня начинает зудеть чуть ниже пупка со стороны спины. Вся моя тревожность и суеверность буквально кричали мне: «Русик, одумайся, оно тебе не надо! Ты молодой и красивый. Тебе так бабушка говорит!»