— Да… Первый поход в заравит, — почувствовав, как он напрягся при этом моём признании и явно почувствовал себя обделённым, уткнулась носом ему в грудь и добавила. — Но не последний. Если захочешь, можешь сопровождать меня в следующий раз. Наглядная демонстрация последствий, так сказать…

Так чего же больше всего боятся мужчины? По крайней мере, современные мужчины на Земле боятся незапланированного потомства, как чёрт ладана. На Руалонэ же мужики никаких забот в этом деле не знают. Потомством только Наставники и занимаются. Будет ли для Морока демонстрация заравит настолько устрашающей? Вряд ли… Остальные-то урмыты не особо впечатлились. Ну имена и даты… Ну дети… Ну эмбрионы… Ну где-то там далеко… Вряд ли для урмыт всё это значит так много, как для меня. Мужчины чаще всего далеки от вопросов, касающихся детей, и воспринимают их совсем не так, как женщины.

— Я готов потерпеть, — наконец осчастливил меня своим решением Морок. — Если это так серьёзно, как ты говоришь…

— Спасибо, добрый человек, — не удержалась от подколки. — Да, это серьёзно. И прекращай уже искать какой-то подвох во всём, что я делаю и говорю. Нет там двойного дна. От слова совсем.

— Я не ищу, — возмутился он в ответ. — Оно само находится, — добавил, подумав.

— Само думается, само делается. А ты хоть что-нибудь контролируешь в этом круговороте думание-делание? — спросила язвительно. — Ладно-ладно. Не дуйся. Тяжело удержаться, когда ты вот так начинаешь делать вид, что оно само, а ты ничего в происходящем не понимаешь. Привыкай уже ко мне такой, какая я есть. Иначе мы с тобой постоянно будем ругаться.

— Постараюсь. Ради тебя постараюсь справляться с этим. Но измениться будет сложно. Да и не сразу такое возможно. Ты ведь попробуешь понять? — настороженно спросил Морок.

— Тарли, Тарли, — хмыкнула и подумав. — Стараться будем вместе. И только так справимся с заскоками твоими и моими. Я буду стараться понять, ты будешь стараться не решать за меня, что правда, а что нет.

— Договорились, — широко улыбнулся он и прикрыл глаза, выдыхая. — Люблю тебя. Не нужен мне никто кроме тебя. Если бы пришлось уйти… я не уверен, что смог бы с этим справиться. Мне очень больно было из-за того, что ты отталкивала меня.

— Если бы так поговорил со мной раньше… — помолчала, и добавила. — Впрочем, мы оба хороши. И ты, и я…

Соглашаться или отрицать не стал, просто замолк, как и я, и не стал больше приставать. Неужели до него удалось достучаться? Такое вправду возможно? Неужели я зря плохо думала о его способности понимать и слышать?