— Тебе не хочется видеть его, да? — словно читая мои мысли, шепотом вопросила Мэри.

Я промолчала. Но ей не понадобилось слышать моего ответа, чтобы понять правоту своей догадки.

— Тебе станет легче, если Виктор и Элизабет попросят его уехать? — спросила девушка обычным голосом.

— Нет! — в ту же секунду воскликнула я. — Не надо просить его уезжать. Это ни к чему. Вы не должны из-за меня идти на это.

— Но Мия…

— Мэри, серьезно, не стоит, — последовал тяжелый вздох.

— Тогда возвращайся, — продолжала настаивать девушка.

— Я не могу.

— Я понимаю тебя.

— Тогда не проси меня вернуться. Пожалуйста, — мой голос дрогнул. — Будет лучше для всех, если некоторое время я побуду совершенно одна.

— Значит, это не окончательный ответ? — голос сестры Дэниэла тут же оживился.

— Не знаю, — выдавила я. — Время все покажет. А сейчас я хочу, чтобы вы оставили меня в покое. По крайней мере, на несколько дней. Прости, что это звучит так грубо…

— Ничего, Мия, я все прекрасно понимаю, — с сожалением проговорила Мэри. — Хотя бы будь на связи, обещаешь?

— Хорошо, — согласилась я. — Пока.

Я не дождалась ответной реакции и быстро отключилась, сжав в руке сотовый телефон.

Несколько дней мне потребуется на то, чтобы привести свои мысли в порядок. Может, даже больше. Поспешные решения ни к чему хорошему не приведут, поэтому я должна тщательно перебрать информацию в своей голове, с которой бы мне сейчас не хотелось возиться. От этого все равно никуда не уйдешь, так что бессмысленно прятаться от собственных страхов, которые в дальнейшем не дадут покоя.

Как бы мне хотелось разом убежать от всех проблем и больше никогда не встречать их на своем пути. Как бы мне хотелось жить нормальной жизнью, рядом с Дэниэлом, чтобы у нас было счастливое будущее.

Я убрала телефон в передний карман темных джинс и побежала на восток. Блокировав посторонние звуки и запахи, я постаралась окунуться с головой в свои мысли.

Проведя два бесконечных часа в непрерывном бегу, мне казалось, что станет легче. Но вместо этого я почувствовала себя хуже. И все дело в том, что горло запылало дикой жаждой, которая внезапно ворвалась в мое сознание и заполнила собой все.

Появился дикий голод.