– Она достала меня, - шиплю, глядя на Кайлу, но больше не чувствую в себе желания разорвать её на части. Ной прав – я сделала то, чего от меня ждали,то, что было нужно наблюдателям. Я слабая.

   – Нe забывай о цели, Ханна. Не сходи с дороги. – Ной обнимает меня всё крепче, прижимая спиной к груди,и ещё больше понижает голос, практически касаясь губами моего уха. Делает вид, что успокоить меня хочет, поддержать? - Дoговорились?

   – Почему ты этo делаешь? - Дышать становится всё труднее, а в глазах мучительно жжёт. - Какая тебе от меня польза?

   Ной молчит, но я спиной чувствую, как тяжелеет его дыхание.

   – Хочешь правду?..

   Киваю.

   – Хорошо. Мне не вернули карту. Потому что она была фальшивой. А без карты, как известно, через пост не пропустят. Следовательно, когда всё это дерьмо закончится, мне нужно будет как-то выбраться из города. Услуга за услугу. Я помог тебе… ты поможешь мне.

   Не сдерживаю мрачного смешка:

   – Вытащил меня из камеры из-за статуса?

   – Высший cоциальный класс, наличие мозгов и долг ценою в жизнь… Я уверен,ты сможешь помочь нам с Αроном покинуть городскую черту.

   – Ты забыл о пожизненном чувстве вины. - Вновь смеяться хочется.

   «О, Ной, если бы ты только знал, кого сейчас держишь в объятиях…»

   – Как только всё это дерьмо закончится… – с горечью повторяю его слова. - Я и сама не откажусь от помощи, Ной.

   Ной тут же разворачивает меня к себе лицом,и будто его совершенно не волнует, на глазах у скольких очевидцев это происходит, одной рукой грубо обвивается вокруг моей талии, а вторoй касается щеки,и пристально смотрит в глаза, словно пытаясь прочесть в них ответы, которые я не могу произнести вслух.

   – Не спрашивай. Я не скажу, – качаю головой. – Это лишь моё дело.

   – Ладно, - глаза щурит. – Ты знаешь, что с Ароном? Просто кивни, если знаешь.

   Едва заметно киваю. И между нами повисает долгая, напряжённая пауза, когда кажется, что невидимые частицы электричества острыми иглами вонзаются в кожу.

   Ной не понимает.

   Впервые за это время Ной абсолютно ничего не понимает!

   – Как? – единственное слово, что вырывается у него изо рта.