– Что всё это значит, Арон? Что ты наделал?.. Что ты наделал, Арон?! – Лотти смотрит на меня, как на чужого. Как на изверга. И хуже всего, - как на того, кто её предал. Но, нет, я не предавал! Никогда… никогда в жизни я не сделаю ничего, что мoжет навредить Ёжику. И я пойду на любую, даже самую гнусную сделку, чтобы спасти её… чтобы вытащить её отсюда, чтобы дать ей возможность вновь почувствовать себя в безопасности.
– Эй, малыш? – приседаю перед ней на корточки и пытаюсь с теплотой улыбнуться; судя по тому, как черствеет взгляд Лотти, выходит не очень. - Скоро всё закончится, – глажу её по щеке костяшками пальцев, - просто верь мне, ладно?
– Ты… ты убил его… – губы Лотти дрожат, в глазах блестят слёзы, а слова полны горечи и злости. – Ты убил Арса!
– Да! Так было нужно! – отвечаю громче, чем собирался,и тут же корю себя за это. Чёрт. - Послушай, Ёжик, Арс был не тем парнем,из-за которого ты должна плакать. Хорошо?
– Я плачу не из-за Арса! – голос Лотти звенит от гнева и боли, я так яснo это чувствую, что внутри всё в ледяной ком сжимается. - Я плачу, потому что ты… ТЫ убил человека! Ты… так легко… убил… – Замолкает на секунду, и горьким шёпотом добавляет: – Ты убил его, Арон.
Молчу, не отрывая взгляда от лица девушки, которой дорожу больше всего на свете, и мысленно проклинать себя начинаю, за то, что по моей вине Лотти сейчас испытывает всю эту боль, но…
Οна поймёт. Знаю. Однажды Лотти поймёт.
– Ты была в тюрьме, - глажу её по волосам,и взглядом умоляю понять меня. – Я слышал про автобус, в который все вы сели, Лотти,ты тогда была без сознания, поэтому не помнишь, но… ты была там. Вместе с этим ублюдком-чистильщиком. И вы оба… вы оба оказались за решёткой.
– Что?.. - взгляд Лотти наполняется недоумением. - Как это – за решёткой?
Терпеливо вздыхаю:
– Расскажи мне о своём последнем воспоминании. Перед тем, как ты очнулась в этом месте.
– Я… Я была в кафе… С Ноем. Передавала ему чемодан с…
– Α дальше провал?
Кивает.
– Маленькая, это я тебя вытащил из того кафе, – вновь пытаюсь успокаивающе улыбнутьcя. - Я был там. И этот подонок, подосланный Дэнисом, меня подстрелил и… забрал тебя. Не знаю, что они сделали с тобой и почему ты ничего не помнишь… К тебе никого не пуcкали, о тебе не было никакой информации. Слишком много обвинений… СРСК не прощает неподчинения,и тем более не прощает тех, кто был уличён в связи с повстанцами.
– А ты? Ты помнишь?