– Усадите её в кресло и пристегните ремнями, – вежливо до отвращения протягивает мужчина хриплым голосом, и вот, наконец, я вижу лицо его владельца.

   Невысокий, пожилой, с трoнутыми сединой волосами, аккуратно убранными назад. Прищуренными глазами-жуками, над которыми гроздятся широкие чёрные брови. С негустой, но пущенной в рост бородой. Ботинки словно пять минут назад были начищены, а медицинский халат, с пустым бейджем на груди, кажется настолько белоснежным, что, несмотря на приглушённый свет в комнате, мне непреодолимо хочется поморщиться.

   – Ο, это? Здесь ни к чему такие формальности, – мужчина прослеживает мой взгляд и одним махом избавляется от бейджа, передавая его в руки одному из своих подчинённых. В это время ещё один человек облачённый в военную экипировку, давит мне на плечи, усаживая в кожаное кресло,и пристёгивает ноги и руки ремнями. Всё это время я не свожу взгляда с этой мерзкой, скалящийся рожи.

   – Профессор Хавьер, - со всем отвращением,и отравляю плевок ему в ноги.

   Хлопок. И щёку тут же обжигает огнём, от пoщечины, полученной от мудака в форме.

   – О, нет, что ты, - спешит вмешаться это престарелое ничтожество, возомнившее себя Богом. – Ханна натерпелась достаточно. Довольно с неё боли. Не смей её трогать!

   С трудом оторвав взгляд от испещрённого морщинами лица, оглядываю помещение и, через одну из приоткрытых дверей, успеваю заметить тело на передвижной кушетке прикрытое белой простынёй,из-под которой торчат ноги. Дверь тут же закрывают, и я вновь встречаюсь взглядом с этим монстром воплоти, что имеет совесть называть себя человеком.

   – Это они, да? - шиплю, как змея. – Трупы за той дверью… это они, да? Те, кто умер по твоей вине!

   – Ханна, дорогая, - вздыхает Хавьер, глядя на меня едва ли не умилённо, – главное, что ты здесь – живая и здоровая, остальное не имеет столь важного значения.

   Сукин сын.

   Чёртов сукин сын!

   Вновь заставляю себя оторвать взгляд от его лица, чтобы осмотреться. Я должна знать, где нахожусь и чего ожидать от этой комнаты. Но ожидание увидеть здесь что-то вроде экспериментальной лаборатории себя не оправдывает. Скорее это комната видеонаблюдения за теми, кто оказался заперт… там… в этих комнатах, что так хорошо видны на десятках экранов, вмонтированных в стену. Их множество, – этих комнат - и отчасти я даже рада тому, что не успела побывать и в половине из них.

   – Это комната наблюдения, – решает пояснить очевидное Хавьер, но я не удостаиваю его внимания. Продолжаю смотреть на монитор с изображением длинного освещённым красным светом коридора, в котором остался Ной и остальные. Пусто. Что с ними случилось? Где они теперь?