— Не хочу?
Она покачала головой:
— Вы не убийца.
Он прищурился:
— Вы меня не знаете.
— Я хорошо разбираюсь в людях.
— Да? Я хватаю вас на улице, тащу в темный переулок, приставляю нож к горлу… И вы станете меня уверять, что я не способен на убийство? Может, вы хотите меня перевоспитать, так как под грубой оболочкой узрели красоту моей души?
Она сглотнула:
— Согласна, это было бы наивно.
— Более чем наивно. А наивной вы в прежней жизни не были. А были вкрадчивой и хищной, как лисица, играли людьми и заставляли их делать то, что вам было нужно.
— Даже вас?
Генри снова помрачнел:
— Пытались, но не вышло. Я не поддался вашим чарам. Красивого личика недостаточно, чтобы задурить мне голову.
— Вы голубой?
По лицу Генри Джулия поняла, как он потрясен ее предположением.
— Нет.
— Но вам не нравятся женщины?
— Я не голубой, — проворчал он с досадой. — И мне нравятся женщины. Мне
— Как звали ту женщину?