– Да что ж это такое! – взвилась я. Неужели этот козел не понимает, через что мне приходится проходить?! Мне же тоже больно! Я не хочу становиться жестокой! Не хочу!!! Но выбора-то нет! Я перевела глаза на вампира. – Заклей ему рот!

– Не надо!!! – взвыл лисенок.

Четыре буквы сорвались четырьмя камнями.

– Надо.

К концу допроса у оборотня остались только три целых пальца на руках. Остальные семь были изрезанны мной до кости. Пять костей было сломано. Кровь была повсюду. На моем лице, на руках, на одежде. Хорошо, что я додумалась накинуть халат хозяина, не то испачкала бы единственный свитер. Я вспотела, и одежда неприятно липла к телу. Оборотень лежал в ванной и сверкал на нас злыми глазами. Я покачала головой.

– Последний вопрос. Оружие дома есть?

– На кой… оно мне сдалось?

– Не врет, – привычно отметил вампир. – Что дальше?

– А ничего, – устало отозвалась я. Душевно этот допрос вымотал меня гораздо больше, чем нашего пленника. – Ты кушать хочешь?

– ЮЛЯ?!

– А что? Вполне приличный оборотень. Или их кровь не подходит? Несоленая?

Я сама себе ужасалась, но ничего не чувствовала. Ни-че-го.

Даниэль сомневался несколько секунд, а потом наклонился, поудобнее подтянул оборотня – и впился несчастному в шею. Послышались тихие хлюпающие звуки. Оборотень сдавленно застонал. Я смотрела на все это безобразие с равнодушием биолога, наблюдающего за улитками в банке. В голове не было ни одной мысли. Но наконец Даниэль оторвался от шеи оборотня и посмотрел на меня.

– Я сыт и доволен. Что теперь?

– А теперь надо его убить, – просто сказала я. – Оборотни хорошо регенерируют?

– Да.

– До вечера он успеет к своему хозяину – и тот подготовит нам новую ловушку. Нельзя оставлять его в живых. Ты сможешь это сделать – или надо мне?

Даниэль покосился на нож, лежащий совсем рядом с ним.

– Не знаю.

– Тогда попробуй. Если не сможешь, тогда за дело возьмусь я.