Я кивнула.

– Делай, как знаешь. Кстати, а откуда дровишки?

– С дороги, вестимо, – отозвался Вадим, откидываясь на подголовник. Светлые волосы блестели в полумраке. Я тоже устроилась поудобнее и расслабилась.

– А если подробнее?

– Да ничего особенного не было! Я шел, смотрю – какой-то вдребадан пьяный мужик в машину залезает. Я не мог выпустить его на улицу в таком виде! Он мог кого-нибудь сбить!

– А ты сейчас – не мог? – не удержалась я.

– Я? Девяносто процентов на то, что не сбил бы. У вампиров реакция чуть получше, чем у людей.

– Да знаю уж. А что хозяин джипа?

– А он там, на заднем сиденье.

Вадим так спокойно отвечал на мои вопросы, что последняя дура бы заподозрила неладное.

– Ты его уже попробовал?

– Там еще осталось Даниэлю. Ты сердишься?

Я подумала. Секунды три. А я сержусь? Да нет. Я не могу сердиться на Вадима. Он убил по необходимости. Убил, чтобы спасти себе жизнь. Не для развлечения и не для удовольствия. И потом… Я же видела, в каком он был состоянии еще три часа назад! Какая там вина! Какое там «сердишься»?! И все же…

– Тебя это волнует?

Вадим повернулся ко мне. Голубые глаза светились в полумраке.

– Ты – фамилиар моего протектора и креатора. Твое слово так же ценно, как и его слово. Я обязан повиноваться тебе, как ему, – пока Мечислав не отдаст другой приказ. Твоя воля – его воля. Говоря сейчас с тобой, я говорю со своим протектором.

Я почесала бровь.

– Вадим, у нас еще есть время до встречи с Даниэлем?

– Еще около часа, потом надо выезжать, чтобы не опоздать. А что?

– Мне хотелось бы поговорить с тобой, – я не знала, как лучше начать разговор. Вампир помог мне. Он улыбнулся, и клыки отчетливо блеснули в неясном свете окон. Но это зрелище не испугало меня. Наоборот, успокоило. Оно не несло угрозы. Вадим положил мне руку на предплечье. Пальцы у него были приятно теплыми. Это потому что он пил сегодня кровь? Или я так замерзла?