- Если бы ты была мужчиной, мы, пожалуй, устроили бы рукопашный бой, но мы весим больше тебя на сотню фунтов, если не больше, и мы, по крайней мере, на семь дюймов выше. В рукопашной тебе не победить. Ведь дело не в умении, а в размере, и тебе не поможет то, что ты маленькая. Мы не ставим тебе это в вину.

Снова я почувствовала, что упускаю что-то.

- Рада слышать, итак, кто будет первым?

- Первым в чем?

- Поцелует, кто поцелует меня первым? - спросила я.

Они снова посмотрели друг на друга.

- В человеческих клубах женщины немного более страстны, - заметил Гордость.

Я показала назад.

- Они все - мои парни. Не то, чтобы вы мне не симпатичны, но когда столько мужчин ждет тебя дома, уже не так страстно жаждешь добавить новых.

Они снова переглянулись. Гордость кивнул:

- Звучит разумно.

"Разумно", интересный выбор слов, но я не стала придираться.

- Прекрасно, давайте будем разумными вместе. Кто поцелует меня первым?

- Тот, кто лучше пахнет, - предложил Гордость.

Он произнес удивительно разумную для оборотня мысль. У меня не было предложений получше, и это подходило также, как и любое другое. Я ожидала, что они предложат мне понюхать их запястья, но они оба стянули с себя рубашки. И я внезапно оказалась в нескольких дюймах от их обнаженных торсов. Моя голова доставала до грудных мускулов Гордости и была чуть ниже ребер Мефистофеля. Так или иначе, я внезапно уставилась на горы мускулистой обнаженности. Можно подумать, я уже привыкла к такого рода вещам!

Они оба придвинулись ближе. И я положила руки на их животы, чтобы не дать им зажать меня. Коснуться их было ошибкой. Но, как и все ошибки, она выглядела безопасной, пока я не сделала это, а затем стало слишком поздно.

Глава 40

Глава 40