Только вот… что-то тут не так.

«Лешенька, — позвала я,- понять не могу, что тревожит, что пугает, что заставляет удара в спину ожидать, от чего даже всей грудью вздохнуть тяжело».

И вот только сказала, как поняла все!

Данир сказал – «я тебя в ловушку увлек. В капкан». А что может стать капканом для мага? Для того, кто любую сталь обратить в прах способен, не зря же Агнехран чародея в каменную клетку посадил. Но что-то было еще. Что-то что знала я, что-то очевидное, что-то на поверхности лежащее… Только вот что?!

— Putredine ulcerative!

Это заклинание я даже не знала, но точно знал маг — сжег его на подлете все тем же огнем магическим…

И тут я поняла, что происходит – Данир заставлял его сжигать заклинания, а вместе с ними горел и воздух! И не было бы то проблемой, коли бой на открытом пространстве происходил бы, но в пещере они! В пещере! И не ведомо мне, есть ли из нее выход на поверхность. А если нет, то сколько в ней воздуху то?

— Peptic ulceris! — воскликнул Данир.

«Да ну к лешему!» — решила я.

Пальцы сжали обручальный браслет.

Рывок!

Сильный, аж мышцы свело, болезненный, на грани возможностей. Но когда ноша своя, на вес не смотришь. И преодолевая все пространства и расстояния, я единым махом вытащила Агнехрана из пещеры той.

Вот только что там стоял, щит держал огненный, от язвы магической защищаясь, а вот уже тут стоит, рука правая все так же в жесте противостояния вскинута, в глазах удивление, на губах вопрос немой.

— Да пошел он к чертям! — высказалась злая ведьма.

— Э, нет, нам такого добра не нать, — сказали черти.

А там в пещере потрясенный Данир глазам своим не поверил. Огляделся, после еще парочкой заклинаний швырнулся, замер. Затем осторожно позвал:

— Архимаг?.. Эээ… Ты где? Агнехран? Куда делся, а? — последняя фраза даже как-то жалобно прозвучала.

Охранябушка мой вздохнул тяжело, руку опустил, ко мне подошел, рядом сел, на Заводь изображением пещеры той полную как и все посмотрел, да и произнес укоризненно:

— Ты же в меня верила.

— Да я и сейчас верю! – сердечно заверила. — Я очень-очень в тебя верю, Агнехранушка, только тут дело такое — как бы я в тебя не верила, а дышать без кислороду-то ты, согласись, не можешь.