«Не вздумай так легко сдавать, ты мне ещё печенье должна!» — раздался в голове голос Обжоры, которому сейчас явно приходилось несладко. Казалось, он отдаёт последние силы и вот-вот исчезнет.

— Так это и есть тот самый способ, позволяющий выбраться отсюда? — неопределённо хмыкаю, начиная растворяться во тьме.

— Видимо, ты сильно дорога своим близким. Но рано или поздно ты станешь одной из нас. Сегодня здесь был я и у меня не вышло вынудить тебя сказать заветную строку, но знай, среди нас есть те, кто не будет таким добрым. В следующий раз этот способ не сработает, ведь придут все, чтобы поприветствовать тебя, — на полном серьёзе заявили мне на прощанье, провожая взглядом, полным тьмы.

В следующую секунду меня вытолкнуло куда-то далеко во тьму, но рядом Карвоса уже не было. Было лишь тепло и такой родной и приятный запах, который я уже и не надеялась никто почувствовать вновь. Меня прижимали к крепкому телу, гладя по волосам и целуя лицо, куда можно было дотянуться. Рядом, словно назойливая муха кто-то шумел, мешая сконцентрироваться и перестать вновь и вновь проваливаться в тьму, перестать чувствовать странную пустоту внутри.

Обжора!

Как только мысли стали более или менее связными, я попыталась дозваться до него, но ответа не было. Я его больше не чувствовала и это вызвало во мне негодование. Маленький и очень глупый пакостник! Ради моего спасение потратил собственные силы, чтобы погибнуть? Тогда к чему была фраза про должок с печеньем? После такого я его точно не отпущу!

Глаза хоть и с трудом, но разлепила, не обращая внимания на обстановку и окружение. Подняла руку, прищуривая глаза, и отделила часть ауры от себя, а после от Луиса, пользуясь тем, что он сидит рядом и боится ко мне прикоснуться. Отыскала в себе прошлый источник, где всегда прятался Жора, уходя в своё пространство. Я уже давно догадалась, что оно во мне. Там должна была остаться его энергия, а значит, нужно действовать быстро… Впитываю в полученную консистенцию весь необходимый остаток энергии, что был внутри меня, а после передаю эстафету брату.

— Остальное за тобой, малой, — одними губами проговариваю прежде, чем снова провалиться в беспамятство, но на этот раз с чувством выполненного долга и без капли сожалений, успев напоследок довольно улыбнуться.

Мелкий гад хоть временами и вредный до скрежета зубов, но уже свой. Я слишком привыкла к нему за это время, чтобы позволить исчезнуть вот так. Пусть терпит меня дальше. Правда, теперь со мной он не будет связан также, как раньше. Как и хотела, он станет полноценным драконом, который вполне может достичь моих размеров.