В своем бывшем рабочем кабинете на первом этаже жилого крыла дома, Равенель принимал гостей очень редко, в основном вечером, когда дети спят. Но на этот раз центральное место за столом вместо брата заняла Шарлинта. Насупленная, сердитая, напряженная. И чем Фоллены могли так разозлить их принцессу? Тишина, повисшая в кабинете, настолько напряженная, что, кажется, вот-вот вспыхнет. Трейвент прошел за спину Лин и опустил свою руку ей на плечо, приглушая негативные эмоции девушки.

— Что-то случилось? — спросил феникс, прерывая тишину и противостояние взглядов.

— Они хотят, чтобы я, как официальный опекун Лив, позволила заключить брачный договор, — звенящим от едва сдерживаемой злости, голосом ответила Шарлинта. — Брачный договор на одиннадцатилетнюю девочку.

В их принцессе точно живет срытый дракон, иначе, как еще объяснить выраженные рычащие нотки в ее интонации в такие моменты.

— Не брачный договор, — видимо, не первый раз попытался объяснить Рихт. — Предварительное соглашение о помолвке. Это традиция. Дочерей амаинтов всегда сговаривали еще в детстве.

— Какая традиция, если у вас девочки рождались раз в сто лет? — сжимая побелевшими пальцами деревянную столешницу, отрывисто возразила Лин. — А кто-то возмущался, что в Веллории торгуют детьми. Сами-то чем лучше? Я отправлю Лив в Диартэ. Повзрослеет, сама решит вернуться ей в Веллорию, в Первый дом или остаться в империи. И Бирни тоже когда подрастет. Никаких предварительных соглашений, пока не повзрослеют.

Фолленам такое решение принцессы явно пришлось не по душе, но возражать они в присутствии амаиров не посмели. Едва двери дома закрылись за гостями, Лин устало потерла пальцами виски.

— Если хоть кто-то подойдет ко мне по поводу подобного соглашения в отношении Лали или Вики, это закончится драконоубийством, — тихо предупредила она.

— Не подойдут, — чуть улыбнувшись, ответил Равенель. — С подобными предложениями обращаются ко мне.

— Давно?

Голос Лин прозвучал устало и безлико. Злиться на старшего амаира у нее давно уже не получалось. Порой Трейвент поражался, насколько Шарлинта и Нел, лишенные вроде бы эмпатических способностей, тонко чувствуют друг друга, обходясь при этом без слов.

— С самого рождения девочек. Не переживай, маленькая, мы же пообещали, никаких договорных браков. Только… Ты не думала, что наши девочки могут сделать неправильный выбор?

— Могут, тем более что вы их так балуете, — слабо улыбнулась Шарлинта. — Но это будут их ошибки, а не навязанные кем-то обстоятельства.

Феникс наклонился и легко коснулся виска девушки губами, забирая головную боль и напряжение, потом негромко спросил: