Работать приходилось одновременно со всеми, стараясь при этом, чтобы вмешательство было абсолютно не ощутимым. Это тоже значительно снижало скорость. Ну и ладно. Всё равно результаты значительные: уже сейчас мои мальчики были сильнее и крепче своих сверстников, а уж про разум вообще молчу. Изменять его и улучшать получалось проще, чем с мышцами и связками – с нежной материей вмешательство проходило почему-то легче. А годам к пятнадцати я начну наращивать воинам необходимую мышечную массу. Как раз их способности достигнут того уровня, что парни смогут на равных сражаться с теми мастерами, что приглашены для обучения. А там и Вэрс подключится. Зря, что ли, его натаскивала?

В отличие от близких отношений, занятий я с ним не прерывала. Два раза в неделю, поздно вечером, мы уединялись в подземном тренировочном зале, и я пару часов гоняла дроу. Самое интересное: сражаясь с тёмным, я чувствовала, как собственное мастерство тоже растёт, хоть и думала раньше, что дальше уже некуда. Но дроу становился всё более совершенным, и мне приходилось развиваться, чтобы всегда быть далеко впереди.

Я знала, что на Вэрса пускают слюни все служанки замка, и это неудивительно: необычный, сильный, невозмутимый, он привлекал внимание и будил желание у женщин и девушек. Но лишь спустя полгода жизни в замке, я догадалась проследить за личной жизнью своего раба. А её и не было. Учёба, тренировки, сопровождение меня в поездках, при необходимости, но никаких заигрываний со служанками, зажиманий тех по тёмным углам и страстных стонов в спальне. Будь я более внимательной, давно заметила бы, но как-то не думала, что взрослый, сильный и красивый мужчина сможет так долго прожить в воздержании. Подозреваю, что и во время наших путешествий по мирам, дроу никогда не расслаблялся, даже в моё отсутствие. Тогда я этими моментами не интересовалась, считая, что природа своё возьмёт.

В голову Вэрсу не лезла по двум причинам. Во-первых, в его верности была твёрдо уверена и не считала нужным даже периодически контролировать мысли. А во-вторых… Не хотелось окунаться в отчаяние и сожаление по поводу изменения его статуса. Вот, в самом деле: рабу свободу пообещали, положение улучшилось значительно, он не зависел теперь каждый момент от благосклонности суровой хозяйки (а я могла быть очень суровой и жестокой при необходимости), а он тоскует. Да вокруг всегда море женщин: любую пальцем помани и побежит следом вприпрыжку! Не понимаю я этого.

Но, узнав о проблеме, за решение взялась безотлагательно и кардинально. Вызвала дроу и приказала рассказать мне, в чём причина одиночества и вообще столь странного для мужчины поведения. После прямого приказа ни скрыть что-то, ни отвертеться не получилось. Всё оказалось примерно так, как и предполагала: тоскует он, видите ли, не может представить себя с другой женщиной, желания не возникает, лелеет свою «любовь» к госпоже. Любовь, которая мне совершенно не нужна. Быть может, в тот момент я поступила жестоко, но это было лишь на благо. Он и не забудет меня, если не заменит воспоминания настоящими ощущениями.