Лишь трое девушек казались полностью довольны совершенным выбором спутников жизни, а вот у остальных было все не так радужно. Две пребывали в растерянности, в то время как оставшиеся три, среди которых находилась и Азель, имели несколько подавленный вид. Это, в общем-то, было неудивительно, потому что мужчины, с которыми данных троих юных красавиц соединила судьба, уже успели перешагнуть порог тридцатилетия и наверняка казались этим девочкам если не стариками, то где-то близко к этому.

Как женщина я их, безусловно, понимала, и отчасти даже сочувствовала. Потому, что когда в восемнадцать лет тебя выдают замуж за человека, который старше едва ли не вдвое, то кажется, что счастливая жизнь кончилась. Что дальше уже не будет ничего хорошего.

На самом же деле всё было не настолько плохо. Тридцать лет, как и сорок – ещё далеко не старость. Девушки связывали свои жизни со зрелыми мужчинами, рядом с которыми совершенно точно будут чувствовать себя, как за каменной стеной. И со временем они осознают собственное счастье.

Как раз в тот момент, когда я об этом подумала, мой взгляд снова наткнулся на Азель, что стояла, с трудом сдерживая собственные эмоции. Аура черноволосой красавицы отчётливо сигнализировала, насколько та была расстроена. А причиной такого состояния девушки являлся зариф, что крепко держал ее за руку.

Скользнув по нему оценивающим взглядом, я едва слышно хмыкнула, отметив и волевой подбородок, и разворот сильных плеч, и то, как он в целом держался. Такой мужчина совершенно точно никогда не окажется под каблуком у женщины. Это же, похоже, успела понять и сама Аза, судя по тому, какие взгляды периодически бросала на своего избранника.

Но ощутив, что на неё смотрят, завертела головой и нашла глазами меня. Наши взоры встретились, и в её тёмном я прочитала злость, отчаяние и обиду ребенка, чьи мечты были грубо разрушены. Причем разрушены именно мной.

Ощущать такой взгляд на себе оказалось крайне неприятно. А когда вдобавок к нему я почувствовала на себе также взгляд и зарифа Азы, у которого был нетипичный для кочевников голубой цвет глаз, неприятные ощущения удвоились.

Нет, мужчина смотрел на меня без какой бы то ни было враждебности - я бы даже сказала почти равнодушно. Но в глубине его очей периодически промелькивало что-то такое эдакое, отчего мне становилось откровенно не по себе.

Не понимая, что могло быть тому причиной, я чуть прикрыла глаза, переходя на магическое зрение, и потратила наверное целую минуту на разглядывание ауры мужчины. Однако ничего не обычного не нашла, кроме того, что в предках у него были маги. И он сам мог бы стать им, хотя и очень слабеньким.