А стоило мне выйти и сделать шаг к белееющим в густом мраке перилам, как за них, но с другой стороны, ухватились чьи-то руки. Это было столь неожиданно, что я растерялась, ошеломленно уставившись на них. И совершенно забыв про то, что я вообще-то маг. Что резерв у меня полон и сил хватит не только на то, чтобы всё тут осветить.

А когда через балюстраду перемахнула чья-то темная фигура и рванула ко мне, наконец очнулась от своего ступора. Вскинула руку, дабы создать щит, но не успела. Метнувшаяся мне навстречу тень стиснула в объятиях так, что ребра затрещали, а затем носа коснулся знакомый аромат корицы и яблок, к которому примешался запах горячего песка и чуть солоноватый - пота. Танши! Это был он. Мой синеглазый дракон нашёл меня!

- Джорджиана... Живая... – судорожно выдохнул тот, зарывшись лицом в мои волосы.

- Танши, ты меня задушишь! - пискнула я, когда из-за чрезмерно крепкой хватки мужчины воздуха стало критически не хватать.

- Прости, просто я... - начал было говорить он, чуть разжимая объятия, но я не дала блондину закончить. Обвила его руками за шею и пылко поцеловала.

Танши, опешив в первый момент от такого напора, опомнился быстро и, перехватив инициативу, углубил поцелуй. На который я с радостью откликнулась, запустив руку в его спутанные волосы.

- Как трогательно! А меня поприветствовать ты не хочешь, котенок? – прозвучал за спиной знакомый насмешливый голос, когда мы с моим синеоким лордом нашли в себе силы прервать затянувшийся поцелуй. А затем над нами вспыхнул белый огонёк. Совсем крошечный, и потому оказавшийся не в силах разогнать тьму вокруг. Он лишь чуть-чуть разрядил её, улучшив видимость.

Обернувшись, обнаружила "ледяного дракона", что следом за Танши также добрался до балкона. Растрепанный, в окровавленной одежде, он выглядел откровенно неважно, но при этом умудрялся улыбаться такой знакомой ироничной полуулыбкой.

Мягко отстранившись от жениха, который не стал меня удерживать, я шагнула ко второму из своих «принцев». И тот, стоило мне оказаться рядом, мгновенно притянул к себе.

- Как ты, Джорджи? Мы очень переживали тебя и спешили, как могли.