— Где же твой спутник? — произносит иронично.

— Присматриваю его … тут, — не оборачиваясь, говорю и отпиваю большой глоток, жалея, что это всего лишь шампанское, а не виски, — с высоты этого балкона обзор лучше.

— И? Есть интересные варианты? — он встает рядом и так же смотрит на толпу разряженных людей внизу.

— Нет. Пока ничего интересного, — пожимаю плечами.

Стоим и молчим. Сердце перестает биться как сумасшедшее, нервозность уступает место спокойствию. Его присутствие успокаивает. Именно это и является для меня самой настоящей магией. Украдкой смотрю на него. Пытаюсь, но оказывается он следит за мной. Поэтому я быстро сталкиваюсь с его окончательно изменившимися глазами.

Ты очень красива, — взгляд ставших почти белыми глазами пронзает насквозь.

Я так хотела посмотреть в них вновь. Что я там искала и до сих пор ищу? Боже в них слишком много всего и они почти белые. Только черный кант отделяет белок от радужки. Тысяча вопросов роились в голове. Как? Почему? Что произошло? Насколько все плохо? Как помочь? Как исправить? Что делать? Как спасти? Его спасти. Я напрочь забыла обо всем остальном.

— Спасибо, — в горле пересохло и голос стал хриплым.

Он ухмыльнулся и повернувшись спиной к залу прислонился к балюстраде. Склонил голову вбок и стал просто молча рассматривать меня. Вновь. Взгляд пристальный, а от того что радужка белая еще и жуткий до ужаса.

— Чего ты добиваешься? — не выдержала я напряжения, что можно было есть ложкой, такое густое оно было.

— Хочу запомнить, — склоняет он голову на бок и дарит еще один взгляд, но уже искоса

Нервный смешок вырвался все-таки. Предательски. Не вовремя.

— Не понимаю, — скорее себе, чем ему.

Сердце бьется как сумасшедшее, а его близость превращает мозг в кашу. Коснуться бы… Глупая, глупая Диана. Сумасшедшая влюбленная кошка.

— Я хочу поцеловать тебя. Разрешишь?

Теперь я уже рассмеялась. Нервно.

— Нет. Конечно нет. Я же предал тебя. Так ты думаешь? — он наклонился чтобы быть на одном уровне глаз со мной, а я невольно отступила, — не разобравшись, не спросив решила по своему. Опять плакала.

— Это не то время и не то место для подобного рода разговоров (А когда еще? Ну кого я обманываю?). Да и чего бы это? Между нами….Ты ничего не обещал мне. Ты был честен со мной. Всегда. Насколько мог. Я понимаю. И это все лишь мои фантазии, — я сама, своими руками резала сердце на живую.

Зачем? Не понимаю.

Он устало запрокинул голову и закрыл глаза. Сжал большим и указательным пальцами переносицу.