- Не вижу на вас следы избиений. – Заметила судья в возникшей паузе. – В то время, как следы избиений на обвиняемом видны невооруженным взглядом.

- Я свел свои следы. Однако вы можете ознакомиться с результатом врачебного осмотра.

- Но, позвольте. – Судья внимательным образом прочла бумагу и подняла глаза на ректора. – Здесь пишут про сломанные ребра. Их вы тоже за сутки срастили.

- Я не жаловался на ребра. – Наконец сквозь зубы выдавил Эд.

- Значит в отчете ошибка? – Доброжелательно улыбнулась судья. – Тогда вы не будете против повторного осмотра?

- Буду.

- Отчего же?

- Но я уже все вылечил.

- Ничего, наши врачи способны уловить остаточные следы.

В итоге Эд согласился на повторный осмотр, хотя было видно, что с огромным нежеланием.

К моему удивлению, осмотр проводили сразу же. Для этого Эд ушел с медиками куда-то, нам же предложили пройти на получасовой перерыв. На первом этаже здания суда была небольшая кофейня и все присутствующие побежали туда. Кто-то не ограничился просто чашкой кофе и щедро плеснул туда коньяка, а кто-то заказал себе кофе с коньяком, только без кофе.

Господин Кэвин со своей группой поддержки ко мне не стали подходить, и я тоже не стала обозначать наше знакомство без необходимости.

Есть мне не хотелось. Опять вернулось волнение, и меня от мысли о еде даже слегка подташнивало. Кофе я тоже утром выпила достаточно, поэтому я просто постояла в фойе и когда нас пригласили обратно, то вошла одна из первых и заняла место у окна.

- Итак, господин Байер, - зачитала судья заключение медиков, - у вас был обнаружен незначительный ушиб мягкой ткани левой щеки. И то под вопросом. Таким образом, ваши заявления о том, что вас избили, не имеют никакой доказательной базы.

- Но у меня свидетели. – Воскликнул ректор. – Я же говорю, я медикаментозно убрал последствия избиения.

- Я подниму вопрос о штрафе за дачу ложных показаний. – Кивнула судья. – Все заявления свидетелей у меня есть. Кстати, я внимательно изучила их и могу заметить, что они все противоречат не только результатам экспертизы, но даже друг другу.

В наступившей тишине был отчетливо слышен скрип зубов Эдвина.

- Теперь слово предоставляется защите.

И тут встал толстый дяденька. Для начала он представился и оказался сенатором из Палаты Лордов. Уже когда он встал, Эд несколько побледнел, но продолжал держаться вызывающе. А потом сенатор заговорил: он говорил о долге лорда, о том, как происходит выбор в палату и как легко потерять доверие электората. О том, что должность сенатора не наследственная, и какие ограничения она накладывает.