Я шагнул через дверь в длинный серый коридор, и он достал из кармана пару ограничивающих магию наручников и протянул их мне.

— Зачем они мне? — запротестовал я. — Я ведь не арестован, не так ли?

— Протокол, — категорично ответил агент Засранец. — Весь неофициальный персонал должен быть ограничен в своей магии, пока находится здесь. Никогда не знаешь, когда какой-нибудь невинный с виду паренек может оказаться психом, помешанным на убийстве копов. Я же не хочу узнать, что ты — плохой парень, когда у меня вырвут воздух из легких?

Я понял, что спорить с ним бессмысленно, поэтому принял наручники и застегнул их на запястьях, стараясь не обращать внимания на тошнотворное чувство, которое возникло, когда они прервали мою связь с магией. Я не стал спрашивать, откуда он узнал, что я воздушный Элементаль, он явно навел обо мне справки.

Агент Засранец, который явно не собирался называть мне свое настоящее имя, вел меня по коридору, и я старался не обращать внимания на ощущение холода, которое, казалось, давило на меня все больше, чем дальше мы шли.

Он продолжал идти, пока мы не достигли запертой металлической двери, которую он отпер с помощью комбинации тяжелого ключа, кода на двери и вспышки своей магии.

Мое сердце упало, когда он широко распахнул дверь и провел меня внутрь.