Светлый фон

— Гарри! — кричу я, замечая кусок металла в его бедре.

— Гарри! — кричу я, замечая кусок металла в его бедре.

Он слабо поднимает голову и откашливает пыль.

Он слабо поднимает голову и откашливает пыль.

— Мэри… — хрипит он.

— Мэри… — хрипит он.

— Хвала Свету, ты жив! — говорю я, сдвигая кирпичи и подползая к нему. Я отрываю полоску от своей формы медсестры и делаю жгут на его бедре. Сквозь дым и огонь я замечаю тени… которые охотятся. — Гарри, они идут!

— Хвала Свету, ты жив! — говорю я, сдвигая кирпичи и подползая к нему. Я отрываю полоску от своей формы медсестры и делаю жгут на его бедре. Сквозь дым и огонь я замечаю тени… которые охотятся. — Гарри, они идут!

— Дженна, вставай! — просил Феникс и тянул настойчиво меня за руку. — Они идут!

Кровь текла из пореза на моем лбу, и я растерялась на миг, убежденная, что я все еще в Проблеске из Второй Мировой войны. А потом я сморгнула кровь, увидела волну Воплощенных, движущихся в Хейвен.

— Вся защита пробита! — выдохнул Феникс, я сжала его протянутую руку.

Шатаясь на ногах, я смотрела на разрушение. Вуаль тьмы опускалась на долину, но резня была ярко озарена огнем от горящих машин. Предки и Защитники лежали, оглушенные и в крови, на земле. Джуд все еще была без сознания от залпа. Один из Воинов-близнецов погиб, его брат встал в ярости с пистолетами в руках. Он принялся стрелять, и три Охотника пали — но их было слишком много, чтобы их это остановило. Когда его пистолеты опустели, на него прыгнули два Охотника с дубинками.

— Осторожно, Дженна! — завопил Феникс, оттолкнул меня и обезоружил Воплощенного с ножом мясника, бросил врага на землю.

Я стряхнула туман после залпа, повернулась к врагу. Танас наняла агентов ФБР, водителей, фермеров, полицейских, строителей, солдат, бандитов и вооруженных преступников для своего зловещего дела. Их неестественные тёмные глаза были единственной общей чертой.

Воплощенные бросились к нам, Феникс крикнул:

— Вспомни Проблеск как Сабины!

— Claro! — ответила я на португальском, и мы пригнулись, заняли позы капуэристов. Спиной к спине и в постоянном движении, мы стали неприятной мишенью для приближающейся толпы. Они попытались напасть, и мы стали бить руками и ногами, крутясь. Я сбила одного приемом corta capim, другого — с помощью martelo em pé. Феникс обрушил на пол солдата разрушительным приемом с разворота, застав Воплощенного врасплох и сломав ему челюсть. Как безумный паук, мы боролись сразу со многими врагами. Но, хоть мы работали хорошо, нас было только двое, а Воплощенные все шли, и я знала, что мы не выдержим долго в таком ритме.