Анна прикрыла глаза и увидела комнату будто со стороны, словно жизнь позволила ей заглянуть в окошко общаги. Две кровати, почти развалившийся шкаф еще советских времен, куча постеров на стенах с актерами из Сверхъестественного и Stray Kids. Две кровати. Одна строгая, чистые стены, по-солдатски заправленная, у изголовья стопка книжек. Другая с махровым пледом, сверху развешены дешевые гирлянды для красоты и уюта, а на столике раскиданы обертки от конфет и кружки из-под чая.

В комнате сидела Светка.

И пустота.

— А я где? — жалобно спросила Анна.

Ответа не последовало. Происходящее казалось слишком иррациональным, слишком неправильным.

“Разве я могла умереть? — подумала Анна. — Это же просто нечестно. Как так вышло, что это — все?”

Анна знала, что с той минуты, как щупальца чернильного тумана заползли в чашу и ритуал завершился, она каким-то чудесным образом знала. В ее голову приходили ответы, стоило задать вопрос. Пусть иногда их оказывалось тяжело понять, они никогда не лгали. Каждая мысль раскрывала для Анны кусочек мира, до этого даже не попадавший в ее поле зрения. Сомневаться не приходилось: если нечто в ее голове говорит, что в комнате только Светка, так оно и есть.

Анна поднялась с кровати. Она заметила, что не слышно привычного скрипа, да и матрас не просел под ее весом. Анна выбежала за дверь, чувствуя, что теряет контроль. Какая-то часть ее все еще надеялась, что это лишь страшный сон. Нужно подышать, успокоиться, и все наладится.

Другая, хладнокровная, четко знала — это конец. Это случилось. Пути назад нет.

Нужно было проверить. Для той, бесконечно юной и легкомысленной Анны, такие вещи требовали весомых доказательств. Она зашла в соседнюю комнату, где жила девочка-третьекурсница.

В спальне царил настоящий бардак, будто по комнате прошлось торнадо. Или пошалила толпа цыганок, которым срочно понадобилась гримерка, и им предоставили эту комнату. В центре стояла двуспальная кровать, а на ней сидела по-турецки Диана. Единственным источником света были свечи вокруг ноутбука третьекурсницы.

Анна нахмурилась. Если бы коменда узнала, что тут творится, всему этажу головы пооткручивала бы! Мало того, что по уставу студенткам не положены двуспальные кровати, так еще и горящие свечи, хоть одна — угроза пожара, и как бы ты не сетовала на старую проводку и невозможность хоть как-то спокойно поработать ночью, не мешая соседям — отберут, так ещё и нотацию прочитают за неумелые попытки «доучиваться» после отбоя.

Диана не обращала на Анну никакого внимания, как и Светка, и увлеченно стучала по клавиатуре. Вокруг нее лежал ворох самых разных нарядов: корсеты, чулки, элегантные длинные перчатки, шелковые пижамки, боа немыслимых расцветок и даже несколько шляпок. Такому разнообразию позавидовал бы любой карнавал, но все выглядело каким-то новеньким и совсем не ношенным. С пояса для чулок даже ценник не сняли.