— А можно мне…

— Нет, — ответили мне коротко и бессовестно.

— А вы…

— Сплю, — перебили меня в очередной раз.

— А я…

— Безжалостная искусительница.

— Да почему?! — все-таки удалось мне сесть, но наглая рука переместилась мне на ноги, удерживая теперь уже их.

— Новобранец Кара, вы ко мне пришли ночью, сама… — начали мне объяснять, как маленькой.

Именно этот покровительственный тон я не любила в Ирадии больше всего. И он это прекрасно знал, но будто специально выводил из себя. Нравилось ему трепать мне нервы, однако и я в долгу не оставалась, так что перебила мужчину без зазрения совести:

— С проблемой! Рано утром!

— Допустим, — ответил он, растягивая гласные. — Удивлен.

— Да я тоже, — намекнула я на его руку, которая мягко поглаживала мое бедро, имея все шансы быть вывернутой. Рефлексы такие рефлексы. Сам, между прочим, научил. — Но проблемы это не отменяет. У нас парадная форма безвозвратно испорчена, а еще — физиономия одного из новобранцев.

— Совсем испорчена?

— Кто?

— Физиономия, — уточнил мужчина, вдруг схватив меня за лодыжку. Миг, и я снова лежу на кровати, а чужая рука обнимает за талию.

— Товарищ веркомандир! — мой голос звенел.

— Очень внимательно слушаю. Так что там с физиономией?

— Восстановится, в отличие от формы, хотя хотелось бы наоборот.

— Люблю, когда ты такая кровожадная.

Я засопела. Зло и бессильно.