На вкус пельмень, кстати, был весьма недурён. Хотя всё равно, несмотря на голод, жевать его было жутковато. Всё-таки никак не получалось отделаться от мысли, что он может цапнуть меня за язык. Впрочем, оказавшись во рту, пельмень больше не шевелился, словно в этот момент из него ушла вся магия.

В общем, так мы сидели и… ели. Расправлялись с врагами, так сказать. При полном их одобрении и под чуть завистливым взглядом Умки.

– А неплохо, – жуя пельмень, неожиданно признал Рур. – Честно сказать, это лучшие пельмени из тех, что я пробовал.

Ого! Он что, на меня не злится?

Зато теперь понятно, почему моя защита не реагировала. Она совершенно не ощущала враждебных намерений. Или, может, эти маленькие съедобные пакостники так пропитались нашей с Шур-шуром магией, что стали невосприимчивы к ней…

Стук в дверь раздался, когда Рур уже закончил со своей порцией, а у меня оставался один пельмень. Услышав стук, этот пельмень почему-то заметался в воздухе, то ли от страха, то ли осознав, что сейчас может появиться ещё один ненакормленный рот. Он метнулся под потолок и в этот момент в кабинет заглянул Шрам.

– Можно?

Узрев очередного «голодающего» и безмерно воодушевившись, храбрый пельмешек ринулся в атаку.

– Открой рот! – рявкнули мы хором с Руром.

Шрам так опешил, что застыл с на редкость глупым выражением лица, которое стало ещё глупее, когда туда с размаху врезался… пельмень! Реакция у Шрама была не настолько совершенной, как у Рурграса, поэтому он успел в последний момент мотнуть головой и пельмень влепился ему в лоб. Отскочил и вновь пошёл в атаку.

– А?! – наконец, приоткрыл рот шокированный Шрам, желая, как видно, спросить, что происходит. Пельмень, уже натренировавшийся на более увёртливых жертвах, использовал эту ситуацию по полной программе и ловко проскочил между губ. – А… ы-ы-ы-ы! Ы-ы-ым!

Некоторое время Шрам упрямо боролся, пытаясь вытолкнуть пельмень, но потом сдался и начал его ожесточённо жевать со зверским выражением лица, будто говорил: «Тогда вот, получай, гад! Не с тем связался!»

Я хихикнула.

Шрам уставился на меня.

– Это ты кинула! – озарило его. Не самый умный вывод, но беднягу можно простить. Всё-таки стресс пережил.

– Не она, – холодно обрезал Рур.

– А кто?! – Шрам почему-то глянул на Умку. Та презрительно отвернулась.

– Неважно! Докладывай, с чем пришёл.

«Неважно?!» – читалось на лице у бедного, в край заинтригованного Шрама. Его буквально распирало после пережитой борьбы с пельменем. Он страстно хотел знать ответ! Но спорить с хозяином не осмелился. Ох, как же я его понимаю! Я бы на его месте, наверное, с ума бы сходила и обязательно затеяла тайное расследование с кодовым названием: «Откуда берутся летучие пельмени».