Чёрная кисточка мазнула по спине, и я схватила её, так и заставив Ориаса отстраниться и напряжённо взглянуть на меня. Я не сдержала хитрой улыбки, надавив на его грудь и заставив лечь на кровать.

– Что ты задумала, ангелок? – с мурчанием поинтересовался врас, проведя костяшками пальцев по моей спине.

– А ты как думаешь? – поинтересовалась я, опёршись о его грудь ладонями и наклонившись, так, что рыжие вихри волос упали на его лицо.

– Не имею ни малейшего понятия.

– Врун.

Он улыбнулся, притянув к себе и со странной нежностью, так не привычной для меня, поцеловал. Я зажмурилась от удовольствия, уже ощущая его желание, от которого у меня всё внутри так и трепетало. Звёзды, как же я его сейчас хотела… именно его, и никого больше. Странное чувство, когда хочешь, чтобы человек, которого ты едва знаешь, принадлежал тебе без остатка. Думаете, я эгоистка? Что ж, не буду отрицать…

Горячие губы прошлись по ключице, так и заставив выгнуть спину. Аккуратно смахнув с плеч рыжие волосы, Ориас провёл губами по груди, и я не сдержала сладостного стона. Пальцы зарылись в чёрные мягкие волосы, и отклонив голову назад, я доверила своё тело врасу. Оно пылало под его пальцами, под нежными губами, под языком, под дорожкой из поцелуев, что спускалась всё ниже и ниже…

Я выгнула спину, ощутив, как врас осторожно вошёл в меня, заглушив мой стон поцелуем. Звёзды, как же это было прекрасно… я застонала, стиснув пальцами его волосы и ощущая, как позади распростираются собственные крылья, скрывая нас от слабого голубого свечения на горизонте, проникающего в окно.

Меня вдруг потянуло назад, и успев ухватиться за Ориаса, мы вместе под мой сдавленный крик рухнули на ковёр. Спину кольнул отголосок боли. Поймав недоумённый взгляд враса, я не сдержалась и рассмеялась. Глаза мужчины так и полыхнули, и он игриво провёл пальцами по моим рёбрам, заставив сдавленно захихикать и попытаться отбиться от него. Крылья приподнялись и вновь со стуком опустились обратно.

– Ориас… хватит… ну прекрати уже!.. – давясь от собственного смеха и пытаясь отмахнуться от него, прошептала я.

– Ну нет… дай мне хотя бы твоим смехом насладиться, – не сдавался тот, продолжая целовать. Я стонала, тут же задыхаясь от смеха и пытаясь остановить текущие из глаз слёзы.

Всё внизу сжалось, и я схватилась за ворсинки ковра, ощущая, как наслаждение волной накатывает на разум, как всё прочее становится каким–то мелочным и несущественным. Словно во Вселенной осталась только я и Ориас, в чьи губы я так отчаянно впилась, не собираясь выпускать его в ближайший час, а то и два.