Я снова попыталась открыть глаза. Ничего не вышло, словно веки были приклеены липкой лентой. Да что за черт?

Давай! Хватит киснуть! Я напряглась изо всех сил, мне показалось, что по виску прокатилась капля пота. Дыхание сбилось, сердце, явно отвыкшее от каких-либо нагрузок, колотилось, вызывая болезненные спазмы в груди и подбираясь все ближе к горлу.

Я медленно выпустила воздух. С первого раза ничего не вышло, но это не страшно. Сейчас немного передохну, и попробую еще. Все получится.

Через несколько минут сердце перестало вести себя как двигатель машины, работающей на высоких оборотах, и медленно вернулось на свое место, извещая о спокойствии равномерным стуком в груди. Так-то лучше! Ну, давай еще разок.

Следующие несколько попыток провалились, так же, как и предыдущая. Что же со мной происходит?

Я порядком выбилась из сил, пытаясь открыть глаза. Люди не могут быть такими слабыми, не должны. Они ходят, бегают, играют в футбол, смеются. А я… Я не могу даже посмотреть вокруг себя! Сейчас мое тело как растение.

Мне так существовать не хотелось. К тому же, этот человек сказал, что я должна была очнуться. Значит, у меня есть все шансы и возможности сделать это.

Я не знала, сколько прошло времени после его визита. Мозг, порядком утомившись, отключался, казалось, превращаясь в густой кисель. В нем увязали проблески мыслей, они лениво барахтаясь, словно сонные мыши в тепле. Усталость давила на неподвижное тело, не давая возможности нормально дышать.

Я замерла, внутренне расслабившись и превратившись в часть интерьера. Теперь уже ничего не хотелось. Не было желания видеть, слышать, ходить и смеяться.

Мной овладела странная апатия, которая обычно бывает у людей после сильных и пустых переживаний. Мозг, справившись с паникой, отказывался воспринимать любую информацию, идущую извне.

Я неподвижно лежала, слушая тишину и видя лишь темноту сквозь сомкнутые веки. Ничего не происходило. Совсем ничего. Время остановилось, потеряв меня здесь, вытолкнув из своего потока, словно ненужный, мешающий всем элемент.

Звуки шагов раздались снова, и я невольно напряглась. Он идет. Или уже не он… Я не знала. Шаги постепенно приближались и, наконец, снова затихли возле меня.

— Ну, как дела? — тихо произнес все тот же голос.

Я бы хотела сказать, что все хорошо. Хотела бы задать целую кучу вопросов, волнующих меня, посмотреть этому человеку в глаза. Но я этого не сделала. Просто лежала, ощущая холод спиной, и молчала.

— Ты меня слышишь? — снова поинтересовался он.

— Слышу! — мысленно усмехнулась я. — Отлично слышу. Вот только мне от этого не легче.