На повороте её когти заскользили, и Ларе стоило большого труда удержать равновесие.

«Как белобрысый смог превратить нас обоих?! – потрясённо подумала она и сама себе ответила: – Кофе…»

Хансен нагонял, за ним спешил канцлер. Их топот внушал ужас, что граничил с яростью.

Едва Андреас толкнул одну створку дверей, Хансен крикнул что-то издали, и створка с грохотом закрылась обратно. Заклятие отрезало им выход.

– Лара, за мной! – зарычал Андреас.

Они побежали в столовую. Враги приближались, но Лару с Андреасом хранила темнота. Их преимуществом было зоркое кошачье зрение.

Когда они прокрались в кухню, Андреас подскочил к двери лакейской комнаты и попробовал её толкнуть. Она открывалась наружу. Не внутрь. Помня, как трудно открывать такие двери, Лара чуть не застонала от досады. В столовой слышались шаги…

– Учись, – вздохнул кот. – Не дай бог, пригодится…

К её удивлению, он зацепил дверь одной лапой, изящно вывернулся так, что оказался в положении лёжа на спине, но головой к двери, и зацепил дверь уже обеими лапами. Отделив её от косяка на некоторое расстояние, Андреас быстро поднял заднюю лапу, всунул её в этот зазор и толкнул со всей силы. Дверь отворилась.

«Гениально!» – в мыслях оценила Лара.

Из лакейской они пролезли в сад через окно. И горько-сладкий запах вереска вновь напомнил о свободе.

Протиснувшись под оградой, Лара и Андреас выбрались на дорогу.

– Плешивый знает, где мы оставили карету! – завопила Лара.

– Тогда скорее!

Ещё не добежав до кареты, Андреас зашипел Адской Тьме:

– Поезжай вперёд и спрячься в тени!

Та еле сдержалась, чтобы не заржать в ответ, и понимающе мотнула головой. Сидевшая на козлах Лизелотта глядела на всех с подозрением.

«Только бы она не растерялась!» – почти молилась Лара.

Они запрыгнули в карету, и та сорвалась с места. Сердце у Лары колотилось как бешеное.

– Или твоя подруга нам поможет, – прохрипел Андреас, – или мы пропали…