– Я хотела спросить… Что с теми людьми, которых вы искали?

Ван Со нервно сглотнул.

Сколько можно от неё скрывать? Они ведь обещали не лгать друг другу, да и кому ещё он мог довериться, если не Хэ Су? Она не заслуживала ни лжи, ни молчания.

– По правде говоря, я ищу Ына, – медленно произнёс Ван Со и заметил, как её глаза расширились, а поднос качнулся в руках, но почему-то его не покидало ощущение, что это признание не стало для Хэ Су новостью.

Почему? Откуда она могла знать?

– Король хочет найти и убить его, но я должен помочь ему скрыться, – закончил он, отмахиваясь от нелепых подозрений и коря себя за мнительность. Это же его Су!

– Да… – прошептала она, бледнея.

– Ты только не волнуйся. Хорошо? – мягко улыбнулся принц.

Однако, взглянув на него, Хэ Су вдруг вздрогнула всем телом и отшатнулась, будто увидела нечто ужасное, отчего посуда на подносе громко звякнула с жалобным звуком, расколовшим ночную тишину.

Её дыхание сбилось, а взгляд тревожно забегал. Ван Со хотел было избавить Хэ Су от подноса, чтобы обнять её и успокоить, а заодно успокоиться и самому, но она, ускользая от объятий, вдруг торопливо поклонилась ему и заспешила в Дамивон.

Не представляя, что произошло, Ван Со бросился следом, окликая её, однако им навстречу вышли служанки, принимая у Хэ Су чайные принадлежности и закрывая её саму от принца.

А он всё стоял, силясь понять, что же сказал, чтобы напугать её до такой степени, что она сбежала от него. И внутри у него расползался липкий необоримый холод.

Что же происходит с Су? Что опять он сделал не так?

Почему ты не сказала мне, Су?

Почему о том, что ты прячешь у себя Ына и Сун Док, я узнал от Ён Хвы, и узнал, когда время было упущено и ничего уже нельзя было сделать?

Скажи мне, Су, ответь мне, ты… ты хоть когда-нибудь была уверена во мне? Ты хоть когда-нибудь доверяла мне?

Почему ты так поступила со мной, Су? Я не сделал ничего плохого, не предавал и не отступался от тебя. Я всегда был искренним и честным с тобой. Ведь ты – всё что у меня есть. Ты была и остаёшься моей твердью под ногами, моим звёздным небом, моим спокойным сном. Как же ты могла усомниться во мне? Как могла не довериться тому, кого выбрало сердце?

Ты изменилась. Ты была, как лесной ручей, – бойкой, звенящей, искрящейся радостью и свободой. Сначала в твоих глазах появились страх и настороженность, затем – неизбывная печаль и покорность. Когда же и за что к ним присоединилось недоверие ко мне? Я до сих пор не могу понять.

И всё равно ты оставалась моей.