- Именно так.

- Послушайте, я уже все вам рассказала!

- И тем не менее, я хочу кое-что прояснить.

- Для этого вы подняли меня посреди ночи?

После многочасового допроса, на котором я тысячу раз повторила одну и ту же историю: Джулиан поссорился с матерью и ушел из дома, я предложила переночевать у меня, в середине ночи он ушел - и больше я ничего о нем не слышала, меня заперли в одиночной камере и оставили наедине со страхом и мыслями. Казалось, я сойду с ума, запертая в четырех стенах, свернувшись клубочком на жесткой деревянной скамье.

Джулиан мертв. Не может быть. Не может, он ведь чудом выжил на Плато! Высший не может просто взять и забрать его по-настоящему.

- Итак, госпожа Хрустальная, какие у вас были отношения с бывшим супругом?

- Рабочие. Дружеские.

- Но ведь вы, насколько я помню газеты, расстались с взаимными обидами и претензиями. Что изменилось?

- Мы повзрослели. У каждого своя жизнь. Старые обиды мешали работе, и мы все обсудили.

- У меня немного другие сведения. Свидетели утверждают, что вы часто ссорились. Златокрылый оскорблял вас и унижал, угрожал уволить.

- Это стиль Джулиана. Он всех угрожает уволить. И вас бы угрожал, если бы.

Я прикусила язык, чтобы не сказать «был жив». Снова.

- Джулиан никогда не говорил это всерьез, он всегда защищал членов команды, даже если они совершали ошибки.

- Как, например, ваша наставница, когда оставила вас наедине с агрессивным пассажиром?

Я удивленно моргнула. Откуда он знает? Мы не говорили никому! Только Морган, Делайла и Джулиан знали, что произошло во время полета. Неужели сам пассажир рассказал, что пытался изнасиловать Сопровождающую, а капитан чуть не выбросил его за борт? Но ему же было известно про Делайлу.

- Это было недоразумение и случайность. Джулиан сделал ей выговор, Делайла стала внимательнее.

Законник на несколько минут ушел в себя, вчитываясь в бумаги. Или он действительно изучал дело на ходу, или просто меня нервировал - и ему отлично удавалось.

- Вернемся к вашим взаимоотношениям со Златокрылым. Значит, вы были коллегами и друзьями, не больше?

- Да. - Я вздрогнула от его «были».