Крохотный кулон спрятался в широкой ладони, кожу обожгло теплом, и мужчина шагнул назад.

— Ты справишься, — донеслось ему в спину, когда он рванул со всех ног, не разбирая дороги.

Набатом звучали удары ее сердца, а дивный аромат смешивался с запахами ночного леса, растворялся в нем, манил, но зверь упрямо бежал вперед.

Старуха оказалась права, ему стало легче. Но спокойнее дышать он смог, оказавшись на другом континенте. И только крохотный кулон, обретя свое место под рубашкой, прожигал на коже дыру, доставая до сердца. Высохшая капля крови больше не будоражила тонкий нюх зверя, но служила напоминанием о том, кто он есть: волк с бракованными генами.

* * *

Восемнадцать лет спустя

— Это удивительно, бесповоротно, однозначно, определенно ужасная идея, па! — сквозь зубы прошипела девушка, бесстрашно глядя на родителя, выше ее на целую голову.

Мужчина стоял, созерцая рыжеволосую непослушную принцессу снисходительно и даже едва заметно улыбаясь.

— Но ты сама этого хотела, Фина, — напомнил отец, скрестив руки на груди.

— В моем доме попрошу не ругаться! — из соседней комнаты раздался недовольный окрик мамы.

Отец семейства картинно закатил глаза, а его дочь и не думала сменить гнев на милость.

— Да! Когда мне было лет пять, не больше! — парировала девчонка уже тише, едва ли не прыгая на месте от ярости и злости на любимого папочку из-за того, что он, даже не спросив мнения дочери, позаботился о ее зачислении в вуз.

— Брось, Руфина, тебе там понравится, — подмигнул папа, а рыжеволосая девчонка громко фыркнула.

— Я ненавижу комаров! Ты ведь знаешь, па! А их там ну просто тьма! — принялась канючить и ныть девушка. — Там лютые зимы! Да там даже интернета нет! И никаких телефонов! А студенты спят в чертовых шалашах!

— Руфина! — уже громче рявкнула мама.

Девочка почти шепотом, хлопнув длинными бронзовыми ресницами, добавила:

— Папочка! Ну это ведь за тысячи километров! Мы же будем редко видеться, — уговаривала она грозного родителя.