И я бы поняла подобную реакцию, если бы у него не было собственных грехов за плечами. Но ведь этот скандал – не первый в семье Мунтэ.

– За что ты так со мной? – спросила, вдруг чувствуя вместо гнева усталость. – Я всё ещё твоя дочь. Всё та же Эмили.

Отец, до этого усердно делавший вид, что увлечён нарезанием мяса, вздохнул и отложил приборы в сторону.

– В том-то и дело, Эми. Ты моя дочь, потому я обязан обеспечить тебе хорошее будущее. И я вижу его в твоём браке с лордом Грэмтом. Возможно, сейчас ты не сможешь этого понять, но однажды скажешь мне за это спасибо.

– Спасибо? – не смогла удержаться от саркастичной усмешки. – За брак с каменным изваянием? Или за поездку в проклятые земли? И не как-нибудь, а в сопровождении Лукреции Гийер, единственного человека, которого я искренне, от всего сердца ненавижу.

С госпожой Гийер у нас уже много лет взаимная неприязнь и нетерпимость. Корни этой вражды уходят во времена, когда я только появилась на свет, а Анабель Гийер, первая и единственная жена лорда Мунтэ, моего отца, была всё ещё жива.

Анабель часто приглашала свою обедневшую и одинокую троюродную сестру Лукрецию в замок лорда Мунтэ. В нём «троюродная тётушка» гостила и в ту самую, штормовую ночь, когда мама принесла новорождённую меня и отдала отцу на воспитание.

Весть об измене супруга стала для Анабель ударом. Вскоре после моего появления в доме она слегла и больше не смогла подняться. Лукреция же затаила ко мне жгучую злобу, которую при папеньке никогда не показывала. А если та всё же проступала, «тётушка» прикрывала её заботой о моём воспитании и сетовала, что в нём не хватает строгости.

Жениться второй раз отец не захотел, а без «материнской заботы» оставлять меня не решился. Потому Лукреция Гийер продолжала гостить в нашем замке и помогать в моём «воспитании» ровно до тех пор, пока я не научилась давать ей отпор. Но лазейки напакостить мне она находила и по сей день, чему наша совместная поездка в проклятые земли служила свидетельством.

– А с кем ты предлагаешь тебя отправить? С Анной? – спросил отец удивлённо. – Чтобы она тебе и там какого-нибудь Оливера нашла?

– Не говори так о нём! Он не какой-нибудь, – вспылила, теряя терпение.

– Поездка состоится, – сказал отец, промакивая губы и тоже поднимаясь из-за стола. – И Лукреция поедет с тобой. Это не обсуждается, Эми.

– Из всех людей я думала, что уж ты-то точно меня поймёшь, – покачала головой, ища силы принять предстоявшую мне пытку.

– Так и есть, – кивнул отец. – Я действую как раз исходя из понимания. Не трать время зря, Эмили, – посоветовал он. – Лучше посвяти его сборам в дорогу.