Мудрослава осознала, что её несут. На руках. И держат бережно. Она полулежала, прислонившись к металлу, но почему-то теплому. И это было не тепло разогретого солнцем железа. Скорее уж от того, кто заковал себя в это железо, исходил жар.
Мудрослава открыла глаз.
Второй.
Надо… сосредоточиться. Успокоиться. И разобраться. Со всем. Боги… а ведь еще недавно она страдала от того, что жизнь её скучна и бессмысленна.
Лассар.
Она узнала шлем.
И тьму, что еще клубилась под забралом. И… и вообще ошибиться сложно.
— Здравствуйте, — сказала Мудрослава, пошевелившись. — Я очень рада, что вы здесь…
Вряд ли он один.
Значит… значит, их все-таки спасают. И даже, если судить по Мудрославе, успешно. Что произошло-то… она помнила.
Смутно.
…была площадь.
Туман. Сила, которая стремилась сквозь сцепленные руки. Ощущение, что тебя пронизывает могучий поток этой самой силы и… и с той, с другой стороны, метались души. Их Мудрослава даже увидела, ужаснулась и порадовалась, что в обычное время они сокрыты от взгляда.