Парень растянул губы в жутковатой улыбке, его глаза казались еще чернее и злее. От него волнами исходила какая-то темная, негативная энергия.
— И снова здравствуй.
Стресс взял свое и я полузадушенно пропищала:
— Как дела?
Он на миг остановился, иронично приподняв бровь, я решила прошмыгнуть мимо, благо санузел был довольно большим. Но не успела, когда уже пробегала мимо него, он больно схватил меня за руку повыше локтя.
— У меня дела отлично, а вот у тебя боюсь проблемы. — он со злостью выплевывал эти слова мне в лицо.
— Что тебе от меня нужно? Ты вообще кто такой?
Я начала рьяно сопротивляться, что его вообще не останавливало. Он свободной рукой прикрыл двери так что они затрещали, а потом повернувшись ко мне начал стаскивать с меня платье. Оцепенев от ужаса и не веря что нечто подобное может со мной произойти, даже не делала попытки к сопротивлению. Оголив грудь этот ублюдок хмыкнул.
— Зачетные сиськи.
Вот только в его голосе было столько презрения, что я наконец опомнилась. Резко отпрянув наступила ему на ногу, попытавшись попасть каблуком в ступню. Промахнулась, и лишь слегка задела носок дорого белого кроссовка, на котором осталась черная отметина. Он лениво посмотрел вниз, демонстрируя что мои трепыхания ему до лампочки.
— Еще раз так сделаешь, заставлю вылизывать, чертово отродье.
Скрутив мне руки он внимательно изучал мою грудь, и бормотал что-то неразборчивое насчет метки. Черные злые глаза уставились на меня:
— Где метка, сука?
Все это время я беззвучно рыдала, и потеки туши сейчас живописно украшали щеки, а искусанные в кровь губы нещадно болели.
— О чем ты? Ты псих, да?
В его глазах было столько ненависти и презрения, что я поняла что живой мне отсюда не выбраться.
— Я задал вопрос, если не ответишь через пять секунд, сломаю руку. — он чеканил каждое слово буравя меня взглядом.
У меня только один шанс, давай Настя, соберись. Я мысленно взмолилась, хотя до этого крайне скептически относилась к существованию бога, чтобы он придал мне сил и помог выбраться отсюда.
— …два, три, четыре…
Он слегка ослабил хватку, и я со всей силы зарядила ему по яйцам. Отпустив меня, этот ублюдок согнулся, матерясь и постанывая. Не было времени на раздумья или на то чтобы поправить платье. Я опрометью бросилась на выход, совершенно не видя ничего перед собой. В коридоре наткнулась на Женю, который прижимал к себе пьяную девчонку.