Вот только: где ребята и мистер Вэйлон? Неужели декан их выгнал?

«Или же банально идут пары, пропускать которые у них нет как таковых причин» — подсказывает внутренний голос, и я суплюсь, соглашаясь с ним.

— Как ваше самочувствие? — неожиданно подает голос мужчина, от чего я вздрагиваю.

— Сносное, — прищурившись отвечаю, и все же отвожу взгляд.

Не могу! Не могу смотреть в эти глаза!

Такое чувство, будто он читает мою душу! Ей богу!

— Голова не кружится?

Я думаю, прислушиваясь к своим ощущениям и так же, не глядя на мужчину, отвечаю:

— Нет.

— Слабость? — следует очередной безэмоциональный вопрос.

«Это, что допрос?!» — было моей первой мыслью, а после: «Слабость есть! И ещё какая! Но вам этого знать не обязательно!»

— Вы, что ещё и врачом подрабатываете на досуге? Так сказать, когда не убиваете и не воскрешаете мертвых? — колко спрашиваю и с вызовом заглядываю в эти прищуренные несносные глаза.

Он хмурится, но на удивление спокойным голосом отвечает:

— Я знаю все, что связано с некромантией. Следовательно недуги, нанесённые нашей магией или же магическими существами - тоже. — Его уголки губ неожиданно приподнимаются в лёгкой улыбке, когда он произносит:

— И нет: я никого не воскрешаю, увы.

Хм. Про «убиваете» промолчал. Неужели…нет! Это не мое дело.

Меньше знаешь, крепче спишь! Да. Но… это не совсем обо мне, а потому я спрашиваю:

— Отчего же?

— От того, что некроманты могут управлять смертью, но никак не владеть ей. Такое никому не подвластно. Разве, что одной из трёх богинь. Но и это - лишь мифы.

— Ясно. — Я киваю и начинаю подниматься.