— Тебя эта история настолько заинтересовала, что я начинаю думать, будто ты имеешь какое-то отношение к той самой красавице… — голос Эжа оторвал меня от невеселых раздумий. — Это так?

— Ты мне лучше скажи, почему твой друг не помог тебе найти работу… — я постаралась уклониться от ответа на вопрос.

— Прежде всего, со своими проблемами я должен разобраться сам, а что касается моего приятеля… Суди сама: парень не работает, живет в свое удовольствие, благо с деньгами у него проблем нет, диплом забросил, так что помощи в вопросе трудоустройства от него от него ожидать не стоит, и к рекомендациям молодого раздолбая вряд ли станет прислушиваться кто-то из серьезных людей… — тут Эж умолк, и я его понимаю — такое впечатление, будто на крышу избушки залез некто довольно тяжелый, и сейчас незваный гость ползает, пытаясь пробраться внутрь. Кроме шороха был хорошо слышен неприятный звук чего-то твердого, скребущего по дереву, словно этот некто царапает бревна крыши своими когтями…

— Снова гости пожаловали… — Эж посмотрел наверх. — С час назад такой же скрип был, потом все смолкло, и вот опять…

— Интересно, кто это может быть?

— Да кто ж их знает! Ясно, что раскрывать ставни и выглядывать в окно я не намерен, к тому же вряд ли можно что-то рассмотреть сквозь слюдяные пластинки в оконцах.

— Надеюсь, избушка сделана на совесть… — поежилась я.

— Здесь все делается основательно… — кивнул головой Эж. — Иначе до рассвета можно не дотянуть. По ночам тут начинается иной мир, куда более опасный, чем дневной, выходят те твари, которые в дневное время прячутся от солнца… Что-то наш ночной гость на крыше разбуянился.

Эж был прав: не знаю, что за создание в эту ночь пожаловало к избушке, но этот некто явно обладал длинными и острыми когтями, потому как явно старался подцепить ими бревна крыши, и вытащить хоть одно из них. Скрип и скрежет раздавались довольно долго, но, по-счастью, ни одно из бревен не поддалось, хотя неизвестный гость прилагал для этого немало усилий. Затем существо поползло по стенам, и я отчетливо услышала, как нечто острое царапнуло по слюдяной пластинке в окне, однако свой голос наш ночной посетитель так и не издал. Немногим позже мы услышали, как о небольшой деревянный причал стала колотиться лодка, привязанная к сваям. Интересно, кто ее так раскачивает? Она ж ходуном ходит, того и гляди борта поломает! Хоть моли всех здешних Богов, чтоб с лодкой ничего не случилось, а иначе мы тут застрянем надолго…

— Не бойся, я ее крепко привязал, да и борта у лодки крепкие… — Эж ответил на мой незаданный вопрос. — Если ты заметила, на носу лодки не веревка, а железная цепь, при помощи которой наше транспортное средство и прикрепляется к сваям за кольцо. Человек, конечно, может отцепить лодку, но я очень сомневаюсь в том, что кто-то из трезвомыслящих людей сейчас рискнет совершать прогулку возле реки.