Несколько мгновений мы все не шевелились — не знаю, как другие, а я от страха едва ли не онемела. Меня можно понять, если принять во внимание, что это существо находилось как раз напротив нас с Лидией, и расстояние между нами не превышало двух шагов. Отстраненно подумала о том, что я, наверное, стану первой добычей этой зверюги — ей достаточно просто протянуть ко мне свою лапу, а вырваться из таких когтей нереально. Да и если эти треугольные зубы полоснут по телу, то враз рассекут его до костей…

Все, что произошло дальше, явилось для меня полной неожиданностью — Эдуард, ошалевший от страха, изо всех сил толкнул Лидию в спину, и она упала прямо под ноги (вернее, под лапы) этому страшилищу. Надо же, какой мерзавец — как видно, решил, что зверь схватит добычу, лежащую под ногами, а остальных оставит в покое! Сама не зная почему, я вскочила на ноги, и бросилась к Лидии, даже не задумываясь о том, что в меня вот-вот могут вонзиться острые когти. Обняла девушку, и закрыла глаза, затаив дыхание… Шли секунды, но ничего не менялось, и подняв глаза наверх, я поняла, что чудище смотрит на мужчин, вернее, на Эдуарда. Затем это водное создание подняло свою лапу, и одним взмахом даже не столкнуло, а смахнуло с лодки нашего красавца. Короткий сдавленный крик Эдуарда, затем чудище выпрыгнуло из лодки, обдав нас веером брызг, после чего наступила тишина.

Когда я решилась выглянуть за борт, то нам не было ничего, лишь мутная вода, да еще расходились круги от нашей лодки. Эж был растерян так же, как и мы, но уже приходил в себя. Не говоря ни слова, он взялся за весла, и изо всех сил стал уводить лодку от островка. Значит, нас теперь осталось трое, но пока что я не могу это полностью осознать — в голове сущий кавардак. Не спорю — Эдуарда я терпеть не могла, и он мне никогда не нравился, но, тем не менее, никогда не желала ему такой страшной смерти.

Я по-прежнему обнимала Лидию, и в голове у меня было только одно: если у нее после пережитого страха начнутся роды (что вполне реально), то мне нужно быть готовой к тому, чтоб принять у нее детей. Если же вспомнить о том, как в этом мире поступают с двойней, то у нас возникнут огромные проблемы.

— Как ты?.. — даже не спросила, а прошептала я, глядя на Лидию.

— Все хорошо… — удивительно, но ее голос был спокойным, да и она, в отличие от меня, совсем не выглядела испуганной. Лидия поднялась, села на скамью, и прикрыла глаза — как видно, ей все же нужно прийти в себя.

— Уверена?.. — продолжала я расспросы, радуясь хотя бы тому, что Лидии, кажется, сегодня рожать не будет.