Я смотрела на склоненного надо мной юношу, и сердце мое бешено стучало в груди.

Чувства бурлили. Изнутри рвалась радость, нет, настоящее чувство счастья, потому что, оказывается, я так истосковалась по нему! Память не вернулась, но сейчас это казалось даже не важным. Главное, что он нашелся! И он жив!!!

Когда же я спросила его имя, он очень смутился. Но настолько быстро взял себя в руки, что я даже удивилась. А его последующий поцелуй глубоко передал мне его нежность, радость и трепет. Я прямо-таки слышала его мысли в своей голове: «Я больше тебя не отпущу! Ты – моя!».

Что ж, мое сердце ликовало и было на все согласно…

Лишь бы только Никодеон был побежден.

Впрочем, я чувствовала, что все наладится: снова моя верная интуиция подсказывала.

Похоже, самую тяжелую битву мы уже пережили…

***

Когда поцелуи закончились, Леон – я наконец-то услышала его имя, и моя внутренность тут же откликнулась узнаванием – немного озадаченно осмотрел мое русалочье тело. Я догадалась, что он хочет забрать меня в мир людей. Что ж, я была не против, ведь я, похоже, пришла именно оттуда, там мой дом…

К тому же мой магический резерв был очень истощен, и оставаться в русалочьем облике для меня было только хуже – уходило слишком много магии. Но ведь если я сейчас вернусь в свой истинный облик, я останусь полностью обнаженной!

Леонард о моей проблеме как-то подозрительно быстро догадался сам. Я начала подозревать, что он каким-то образом понемногу считывает мои мысли…

Он сбросил с себя удлиненный камзол и брюки, оставшись в рубашке и подштанниках. Потом расправил их и позволил ветру вытряхнуть из них бо́льшую часть влаги. После этого он протянул одежду мне.

Я приподнялась на локтях и взяла вещи. Накинув камзол, я начала его застегивать, но Леон тут же присел рядом и стал помогать. Осторожно высвободил мои волосы из-под воротника, застегнул верхнюю пуговку. Это было так… интимно и нежно, словно мы раньше лет сто были супругами и каждый день помогали друг другу одеваться.

Внутри что-то засвербело, тоскливо сжалось.

Я поймала его руку, заставляя посмотреть мне в глаза.

- Я… я обязательно все вспомню, - прошептала я решительно, на что в ответ получила мягкую доверчивую улыбку. Теперь понимаю, почему в моем сердце все время жила непонятная тоска: мне так сильно не хватало его…

По телу вдруг пробежал болезненный спазм, и магия сама по себе схлынула с меня. Я почувствовала, что тело меняется, хвост раздваивается, оставляя после себя обнаженные ноги, а в мышцах остается глубокая усталость.

Навалилась сонливость. Сквозь туман я почувствовала, как Леон бодренько натянул на меня свои штаны, а потом рывком поднял меня на руки.