Это и дало мне возможность, набрав код на панели, заскочить в подъезд и захлопнуть за собой дверь, радуясь тому, что только недавно в нашем доме установили такое замечательное устройство, как домофон, оборудованный автоматически запирающим механизмом. А ведь сколько скандалов было, когда на него собирали, но спасибо всё той же старушке с первого этажа, любительнице собак, она быстро успокоила всех недовольных. Ей стоило только раз на кого-нибудь взглянуть своими белесыми глазюками, как желание спорить пропадало моментально. Ведьма, да и только. Её, кстати, за глаза так и называли, а при личной встрече исключительно Анна Павловна.

Как влетела на четвёртый этаж, я даже не заметила, и как открыла входную дверь, не помнила тоже. Пришла в себя только тогда, когда, закрывшись в своей квартирке на все замки и даже щеколду, привалилась спиной к стене прихожей.

– Чтобы я ещё хоть когда-нибудь… – прошептала, стаскивая с головы пресловутый чепец и скидывая медицинский халат.

Бахил на ногах уже не было и в помине, видимо, пали смертью храбрых, не устояв в неравном бою с асфальтом, и только тонкая резиночка на левой ноге напоминала о том, что мне они не привиделись. И как только продержались так долго? Неужели стали делать более качественные? Хорошо, если так, а то ведь раньше…

Развить свою мысли и порадоваться за нашу медицину мне не позволил требовательный стук в дверь и тихий, но настойчивый голос того самого незнакомца в странной одежде.

– Маргарита, вы меня слышите? Давайте поговорим?

Вот же, неугомонный. Интересно, и как он попал в подъезд? Вряд ли кто-то ночью решился бы ему открыть по доброте душевной, а значит, с домофоном можно попрощаться.

Шагнув ближе к двери, я затаила дыхание. Женское любопытство – оно такое, заставит слушать, даже если не хочется.

– Мы не так начали наше знакомство. Разрешите представиться, меня зовут Анджей, можно просто Джей. Я хорошо знал вашего отца. Он взял с меня слово, что, когда придёт время, я позабочусь о его дочери.

В сказанное верилось с трудом, но отходить от двери я не спешила, словно заворожённая, слушая вкрадчивую мужскую речь, ведь когда-то моим самым заветным желанием было узнать хотя бы что-то о родителях, впрочем, как и у любого ребёнка, выросшего в детском доме.

– Знаю, в это трудно поверить, но в последний раз, когда я видел вашего отца, он дал мне одну вещь, которая подтвердит достоверность моих слов. Клянусь, что не обижу вас и ничего дурного в моих мыслях нет, просто… откройте дверь и взгляните на это, может, тогда мы спокойно поговорим.