Теперь капитан смотрел на меня так же ошарашенно, как и я на него. Интересно, из чего сделана эта чешуя? Такой правдоподобный реквизит: даже на вид влажная, блестящая, и на коже так хорошо сидит. А перепонки как крепятся? И из какого материала, опять же? Столько вопросов, но сначала надо разобраться с главным.

— Вы помните свое имя? — спросил вдруг капитан.

— Конечно, — не задумываясь, ответила я и замолчала, вдруг осознав, что нет.

Не помню. И сколько бы не напрягала память, не могла даже призрака его уловить.

— То есть, нет, — созналась я, опустив голову.

— Врач скоро придет. И вам принесут обед.

С этими словами капитан вышел, дверь за его спиной хлопнула, а я откинулась на подушки и прикрыла глаза. Перед внутренним взором снова заплясало черное море, огромные волны, яркие пятна спасательных жилетов вдалеке.

Через несколько минут я почувствовала, что проваливаюсь в сон. Но четко осознавала, что большой сад с ароматными цветами — лишь иллюзия в воображении, и понимала, что смотрю на мир чужими глазами.

Ветер мягко трепал ленту на шляпе, веер помогал не умереть от духоты, а любовный роман о красавице и пирате — от скуки. Я сидела на лавочке, когда мимо прошел молодой капитан какого-то корабля, уверенно печатая шаг.

В голове мелькнуло предположение, что этот красавец-брюнет, судя по чешуе — сын русалки — наверное идет к моему отцу, губернатору, чтобы отчитаться о торговых или каперских делах.

— Добрый день! — сама не зная зачем, прокричала я ему вслед.

Красавец остановился и приветливо улыбнулся мне. Я присела в легком реверансе в ответ, всеми силами стараясь скрыть ответную улыбку.

— Чудесная погода сегодня, не правда ли? — ничего более оригинального в голову не пришло, так что выпалила первое, что сумела придумать.

— Да, вы правы, — сдержанно ответил молодой капитан.

— Если вам и правда нравится, тогда, быть может, вы немного прогуляетесь со мной и расскажете о дальних странах, о кораблях и новых землях? — попросила я, на этот раз позволив себе улыбку.

Соглашайся же, красавчик. Расскажи мне обо всем, что я читала в книгах, но никогда не смогу увидеть.

— Буду рад услужить вам, — незнакомец снял треуголку и изящно поклонился. — Но только после того, как встречусь с вашим отцом. Дела с губернаторами таких влиятельных островов, как этот, всегда требуют срочного решения. Надеюсь, вы простите меня.

Я горделиво кивнула, и незнакомец ушел. Книгу пришлось отбросить — она казалась скучной и серой, когда здесь, совсем рядом, ходил человек, который видел и чувствовал в жизни намного больше, чем описано на ее страницах.